— Травы… Я не взяла их с собой… Но ты привезла их из Даунинг-Кросс…

Девушка стремительно поднялась. Легкая улыбка окрасила застывшие черты ее лица.

— Они наверху. Я точно знаю, где их взять. Только прошу, продержись еще немного.

Девушка развернулась и оказалась прямо в объятиях Стефана, который бесшумно вошел в комнату.

— О, Стефан, Констанция очень плоха! Она родит раньше срока. Я боюсь, что очень скоро. Надо немедленно послать в Блэкмор за повивальной бабкой. Я, к сожалению, ничем не могу ей помочь. — Губы у Кэтрин задрожали, и на ресницах заблестели слезы.

— Я пошлю кого-нибудь прямо сейчас.

Он заботливо вытер слезы на ее щеках и направился выполнять поручение. А Кэтрин зажгла свечу и поднялась наверх.

Она открыла дверь в комнату, где Элизабет хранила свои травы. Холодный порыв душистого ветра распахнул дверь, едва не погасив свечу. Пустынный коридор вдохнул в себя волну целебного воздуха, словно умирающий, которому остался последний вздох. Девушка прикрыла пламя рукой и закрыла дверь.

Она направилась к волшебной сокровищнице трав, подняв свечу высоко над головой.

— Где вы? — прошептала она, глядя на пучки трав и брошенную накидку Элизабет.

Кэтрин напрягла свою память и отыскала деревянные бочки, из которых старая женщина вынимала нужные травы. Она сыпала горсти трав прямо в складки своего платья. Завязав ткань под грудью, она огляделась вокруг. Как Элизабет в прошлый раз, она многозначительно помолчала и торжественно произнесла:

— Великая Богиня Земли! Сотвори чудо и подари матери здорового ребенка.

С этими словами девушка перекрестилась и закрыла за собой дверь.

К тому времени, когда Кэтрин вошла на кухню, Рамси и Джеффри уже ждали ее, готовые помочь чем могут. Кэтрин распорядилась согреть воду и заварить травы. Стефан сообщил, что послал в Блэкмор Силея, который вернется с повивальной бабкой, если Марлоу позволит ей покинуть замок, на что девушка пренебрежительно пожала плечами.

— Я не знаю, как ей помочь. Я перепробовала все, что могла, — заварила травы, делала припарки, но все, кажется, бесполезно.

— Тогда молись.

Кэтрин удивленно посмотрела на Стефана, она и предположить не могла, что он так искренне верует. Но ее удивление сменилось досадой.

— В таких случаях молитвы не помогают.

Она на цыпочках вернулась в гостиную. В ее сердце снова заползал удушливый страх.

— Ты вернулась, — Констанция схватилась за руку Кэтрин, словно нищий за кусок хлеба. На бледном лице ее обезумевшие от страха глаза были похожи на два коричневых омута.

— Да, я пришла. Травы скоро будут готовы.

— Я так жалею теперь, что была несправедлива к тебе, когда ты появилась в Блэкморе. Ты казалась мне такой неприятной! Как ты могла терпеть мою грубость?!

Кэтрин усмехнулась.

— Я тоже ошибалась, считая тебя безвольной и слабохарактерной женщиной.

Констанция была довольна комплиментом.

— Дружба может родиться в самых неожиданных местах.

— Мне так нужен друг. — Девушка опустилась на колени и потрогала лоб больной. — Поэтому набирайся сил и выздоравливай.

Девушка проследила за взглядом подруги и увидела Стефана, который бесшумно, словно ангел, появился в комнате. Он стоял около окна, готовый в любую минуту прийти на помощь.

Некоторое время они молча ждали, пока Джеффри принесет отвар. Констанция выпила его с удовольствием, веря в его целительную силу. Через четверть часа, когда Стефан вышел на кухню, Кэтрин приподняла одеяла, которыми была укрыта женщина, чтобы проверить, не произошло ли чудо.