— Ничего, что могло бы меня особенно заинтересовать. Так для чего же вы звали меня, милорд?

— Поскольку теперь я уверен, что ты все слышишь, готов объяснить. Французский дворянин, искатель приключений, вызвал меня на рыцарский поединок. Я ожидаю, что ты оденешься подобающим для такого события образом, — Стефан кивнул на постель, — и надеюсь увидеть твой шарф на своем копье. Полагаю, ты не разочаруешь меня. Если, конечно же, не затаила в глубине души чувство мести.

— Не так глубоко, милорд, — раздался строгий ответ.

Проследив за взглядом Стефана, девушка увидела разложенный без единой морщинки его костюм. Он был сшит из четырех кусков шелка — красного и черного цветов, чередующихся между собой. На каждом красовался свой герб. На одном был изображен леопард короля Эдварда, на другом — волк — геральдическая эмблема Стефана, и фамильный герб Бартингэмов, который располагался на задней части костюма, состоящей из двух других полотен.

Рядом лежала женская шелковая накидка таких же цветов, украшенная гербами. Но вместо капюшона на ней был высокий дугообразный воротник. Продетый сквозь него китовый ус придавал воротнику жесткую форму. Рядом лежала корона, сделанная из раковин устриц и павлиньих перьев.

— Ты, конечно же, шутишь! — рассмеялась девушка. — Можешь не рассчитывать на то, что я надену этот нелепый наряд! Я бы выглядела как королева фей.

— Нет, ты будешь выглядеть потрясающе. Этот костюм был сшит для первого рыцарского турнира, который провел мой отец. Все участники были одеты в костюмы времен короля Артура. Уверяю тебя, что это самый подходящий для такого события костюм!

— Интересно, кто его надевал до меня? — лукаво спросила Кэтрин. Она подняла мерцающую корону и провела рукой по переливающимся голубоватым перьям.

— Такой чести удостаивались только женщины нашей семьи, — ответил Стефан и раздраженно обратился к Джеффри: — Сколько можно тебя ждать?

Уставший от бесконечной череды предметов одежды, оруженосец вытирал выступившие на лбу капли пота. В руках он держал кожаный панцирь, который надевался поверх кольчуги и плотно облегал мощную грудь Стефана. Он являлся завершающим предметом рыцарского одеяния, не считая красно-черного плаща, украшенного гербами. Стефан выглядел как отважный, уверенный в своей силе рыцарь, и девушка не могла отвести от него взгляда. Внутри ее росло теплое и немного пугающее чувство. Да, она хотела его сильно и страстно. Это было написано на ее лице. Стефан все понял, и его насмешливые глаза вспыхнули, как две одинаковые звезды на небе — далекие и манящие.

— Кэтрин… — Он протянул к ней руки, и девушка, не задумываясь, шагнула вперед. Но звуки фанфар, внезапно нарушившие тишину, остановили ее.

Казалось, весь замок ожил в предвкушении праздника.

— Турнир скоро начнется, — сказал Стефан, поворачиваясь к открытому окну. С улицы доносилось ржание лошадей и скрип телег.

Все обитатели замка пытались протиснуться поближе к арене. Дети заливались смехом, собаки лаяли и рычали на лошадей.

Праздник начался с выступления менестреля. Когда затихли последние звуки его баллады, толпа взорвалась аплодисментами. Кэтрин улыбалась, охваченная радостным возбуждением. Но вскоре глашатай пригласил зрителей занять свои места. Девушка вздрогнула. Она смотрела на Стефана с тревогой, беспокоясь за него, как прежде беспокоилась за Джорджа перед поединком с незнакомым ему рыцарем.

— Я должна переодеться, — сказала она. Положив корону на постель, Кэтрин направилась к двери.

— Не забудь надеть шарф, — напомнил Стефан.

Девушка уже открывала дверь, но остановилась на пороге. Она терпеть не могла и платки, и шарфы.