– Молодчина! Хотя я сомневаюсь, что в лавке мясника нас будут ждать разбойники.

– Не скажите, миледи. Эти деревенские жители – люди со странностями… Так что могут возбудиться при виде чужаков.

– А ты считаешь, что мы здесь всё еще чужие? – рассмеялась миледи.

– В общем-то нет, миледи.

– Я тоже так не считаю. Но, просто на всякий случай, мы не пойдем в мясную лавку мистера Спратта, а вместо этого направимся в паб. Интересно, сможет ли старина Джо напоить нас чаем.

– Чаем, миледи? В деревенском пабе? Что за странная идея… Если вам хочется чая, то, может быть, стоит поискать кого-нибудь, кто подбросит нас до чайной в Чиппинг-Бевингтоне?

– Возможно, ты и права, но это немного далековато ради одной чашечки чая. А может быть, купим свежие булочки у мистера Холмана и ты приготовишь чай дома?

– Отлично, миледи.

– Вот и договорились… Ну что ж, мой маленький паж, вперед! В пекарню!

Мы не торопясь обошли луг – он был еще слишком болотистым, чтобы пересекать его с нашей скоростью. И в тот момент, когда собирались войти в пекарню мистера Холмана, нас окликнули:

– Эмили! Как здорово видеть вас снова на ногах!

Это была леди Фарли-Страуд, супруга местного землевладельца, которую мы знали с момента переезда в Литтлтон-Коттерелл. Более того, леди Хардкасл уже встречалась с ней тридцать шесть лет назад – Фарли-Страуды были друзьями ее родителей, – но тогда ей было всего четыре года, и она ничего не помнила о той встрече. Гертруда, леди Фарли-Страуд, при первом знакомстве производила впечатление настоящей бой-бабы, но мы знали и другую Гертруду. Когда она позволяла вам заглянуть под свою броню, то превращалась в очаровательную, дружелюбную, немного чудаковатую пожилую леди, из тех, которые бывают великолепными тетками, но очень сложными матерями.

– Доброе утро, Герти, – улыбнулась леди Хардкасл.

– Я так рада вас видеть, милочка, – сказала пожилая дама, целуя хозяйку в щеку. – И вас тоже, Армстронг. Она хорошо с вами обращается? Не забывайте, что в «Грейндже» для вас всегда найдется работа, когда вы наконец устанете от всех этих жизненных опасностей.

– Пока все терпимо, миледи, – ответила я. – Иногда она бывает жестокой и чересчур требовательной, но горничной от этого никуда не деться.

– Вот и отлично, – и леди Фарли-Страуд от души рассмеялась. – Но теперь, когда вы вновь ходите, дорогая, вы просто обязаны прийти на обед в «Грейндж». Нам ваша компания совсем не помешает. Ведь в доме слышно только нас с Гектором. Ну соглашайтесь же.

– С удовольствием, Герти, правда с удовольствием.

– Отлично. Мне только надо будет спросить «владельца поместья».

Даже я почувствовала иронию, когда она произносила эти слова, но в ее голосе слышалась и настоящая любовь. Было совершенно ясно, кто в действительности управляет «Грейнджем», но в то же время они были очаровательными стариками, все еще влюбленными друг в друга.

– Спасибо, дорогая, – искренне поблагодарила ее леди Хардкасл. – Буду с нетерпением ждать приглашения.

– Отлично, отлично, черт возьми!.. У меня появилась восхитительная идея. Вы когда-нибудь бывали на скотном рынке?

– На скотном рынке? – переспросила леди Хардкасл, сильно удивившись. – Честно говоря – нет.