– Все-все? – почти ласково поинтересовалась у лекаря Клоти.

    – Они удержали часть правды при себе, миледи. Они хвастались и говорили лишь то, что нравилось говорить им самим. О могущественных и грозных рыцарях ордена Эшли не было сказано ни слова… местные пили вино, лапали прекрасных рабынь и отдавали свои решадли. А также решадли своих родителей, детей… Решадли начали уходить за перевал Хей-ог. Там ими восхищались. Но там не было барраядли-учителей, которые помогли прорасти в душе росткам созидания, не было и веками хранящегося понимания исключительности всего этого… Там это были всего лишь игрушки, чудесные, прекрасные, но бесполезные… То есть полезные только в практическом смысле. Но не в духовном! Затем в страну барраядли пришел великий Саймон-святитель. Купцы барраядли первыми приняли новую веру и прошли освящение. Затем его начали принимать некоторые простые люди. Один, другой, третий. Новая вера в Бога учила их, что не надо напрягаться, мечтать, ждать, надеяться и стремиться. В новой вере не было близких Богу барраядли, не было более низких по просветленности души маккилиоди и текулли. Все были равны. Потом пришла Священная комиссия, и барраядли начали принимать мученические смерти. Их постепенно не стало, и ныне их нет… О них рассказывают страшные сказки потомки тогдашних текулли и маккилиоди. А ведь всего-то три поколения сменилось…

    – Не думаю, что они вымерли совсем, – трезво заметила леди Клотильда. – У них ведь были замки, как я поняла из слов этого… нашего маккилиоди. И как мы сами все удостоверились, в замках имелись подземные ходы. Стало быть, они были не идиоты и предполагали вероятность такого развития событий. Укрытие сие, в котором мы сейчас находимся, явно делалось для беглецов. Кто-то должен был здесь спрятаться и – два против одного – всенепременно и спрятался! Если есть дыра, в ней непременно должна быть и крыса…

    Карлик наконец оторвался от поглаживания кинжальчика и медленно повернул голову в их сторону. Жутко блеснули белки глаз.

    – Леди правая… Их было восемь – дети и два… женщина.

    – Да? Я об этом не знал, – растерянно пробормотал лекарь. – Бедняги.

    Карлик сидел, почти царственно теперь выпрямившись и положив… возложив руки с Серегиным решадлем себе на колени. Остатки срезанных век чуть подергивались.

    – Дети выросли. Поженился. Снова дети. Выросли. Женился. Но… они не барраядли. Бедняги, да. Чтобы выжить, золото нада. Решадли – их не было. Бросали, брали золота и шли. Горе. Я пришел, искал решадли… Нету, не нашел. Барона нашел меня. Я… был не такой. Совсем не такой. Нет…

    – А что, дети барраядли часто тоже становились этими… барраядли? – осторожно спросил Серега.

    Карлик молчал, погруженный в свои мысли. Ответил лекарь:

    – Нет, ваше сия… сэр Сериога. Но среди их детей это случалось чаще. Вы понимаете? Они были рождены среди этого, воспитывались среди этого… А те, кто так и не стал… м-м.