— Это маловероятно, — твердо сказала миссис Кросби, — он такой занятой человек. Мистер Тэйт-Бувери и так много сделал для нас.

   Миссис Кросби взглянула в огорченное лицо дочери, стараясь, чтобы Кейт заметила, что и сама она тоже огорчена. Она думала, что отношение мистера Тэйта-Бувери к Кейт более серьезное, но она ошибалась. Он просто сделал доброе дело, и все. А вслух она бодро заявила:

   — Я просматривала местную газету. Джеймс был совершенно прав. В Бэйсе действительно есть несколько отелей, которым требуются повара и горничные. Думаю, ты легко найдешь работу, когда мы уедем отсюда. Но очень не хочется уезжать. Здесь так хорошо!

   — Да, мама. Это прекрасная работа, и миссис Брейсвейт — очень приятная дама. Она, конечно, строга, но это не беда. В сравнении с леди Кауде она ест как птичка, но, по словам мистера Томбса, время от времени она устраивает пышные приемы.

   Прошло две недели с тех пор, как мать и дочь Кросби переехали на новое место. Однажды после обеда Кейт, закончив свои дела и собираясь отдохнуть, вышла на улицу. На каменной изгороди, наслаждаясь деревенской тишиной, сидел мистер Тэйт-Бувери. Увидев Кейт, он тут же встал и пошел ей навстречу. Его небрежное «Привет, Кейт! » охладило охвативший ее восторг. Девушка очень сдержанно ответила и продолжила свой путь по широкому, покрытому булыжниками двору. Он пошел вслед за ней.

   — Кейт, неужели вы не рады видеть меня?

   Безусловно, она была рада, но не собиралась говорить этого. Она не ответила на его вопрос, а только спокойно заметила:

   — Наверное, вы приехали навестить миссис Брейсвейт? Вы хорошо знакомы с ней?

   — Да, конечно, ведь она одна из моих тетушек. Не хотите ли пригласить меня в ваш коттедж?

   Кейт замерла:

   — Конечно, нет, мистер Тэйт-Бувери. Вы же прекрасно знаете, что это невозможно.

   — Вы думаете, что старине Томбсу это не понравится? — Он подошел к ней так близко, что она даже разволновалась. — Томбс учил меня кататься на моем первом велосипеде. Я часто бывал здесь, когда был маленьким.

   Кейт моментально оживилась, но вдруг вспомнила, что должна держаться с ним сдержанно. Благодарно, дружелюбно, но...

   — Вы простите меня, если я пойду? У меня очень мало свободного времени, а я должна многое успеть.

   Он кивнул:

   — Вымыть голову, искупать детей, испечь пирог... Перестаньте искать предлог, чтобы не отвечать на мой вопрос. Я спрашиваю вас еще раз: вы рады видеть меня?

   Кейт, растерянная, стояла перед ним с растрепанными волосами, уставшая после утренней работы. А Джеймс смотрел на выбившиеся прядки вьющихся волос, и ему очень хотелось вынуть шпильки и дать сверкающей массе рассыпаться по плечам.

   Девушка уставилась на пуговицу его жилета, как будто это было самое безопасное место. И, не поднимая глаз, спокойно сказала:

   — Да, я рада видеть вас, мистер Тэйт-Бувери.

   — Очень хорошо. Мы ведь друзья? И, может быть, вы будете называть меня по имени?

   — Нет. Это невозможно.

   — Это возможно, когда мы с вами наедине.

   — Хорошо. Я скажу маме, что видела вас. Мы.