— Да, Розалинда, некоторые действительно называют меня Леди в алом, — каким-то чужим голосом наконец заговорила Фиона, отводя взгляд в сторону, и попыталась улыбнуться девочке и ее матери. Однако улыбка получилась довольно жалкой. — Но здесь, в лесу, где я когда-то жила вместе с Уиллом и его товарищами, у меня было имя Гизелла.

— Но ведь вы не в алом, — возразила девочка, удивленно глядя на Фиону. — Я назвала бы вас Леди в голубом.

Фиона невольно рассмеялась, услышав это замечание малышки. Девочка действительно была очень забавной.

— Да, Розалинда, сегодня на мне голубое платье. Скажу тебе по секрету, я редко надеваю алые наряды.

— А почему? — не унималась девочка.

Фиона почувствовала на себе тяжелый взгляд Брэдана, который с интересом прислушивался к разговору. И не он один. Внезапно Фиона заметила, что голоса вокруг стихли и все сидящие вокруг костра ловят каждое ее слово. Фиона постаралась не обращать на них внимания и разговаривать с Розалиндой так, чтобы обходить острые углы и не затрагивать опасных тем.

— Мне кажется, Розалинда, на этот вопрос лучше ответить другим вопросом. Ты хотела бы каждый день на завтрак, обед и ужин есть один черный хлеб и ничего больше?

Розалинда вздохнула, наморщив лобик.

— Этой зимой, леди, так и было в нашем лагере, — грустно сказала она. — Мы каждый день ели один черствый черный хлеб.

— Замолчи, дочка, — одернула ее мать. — Скажи спасибо, что у нас был хотя бы хлеб.

У Фионы дрогнуло сердце, она и не предполагала, что ее вопрос вызовет у девочки горькие воспоминания о голодной зиме. Она ласково похлопала Розалинду по руке.

— И тебе, конечно, не понравилась такая однообразная пища? — спросила она.

Девочка отрицательно покачала головой.

— Точно так же дело обстоит и с цветом моей одежды, — продолжала Фиона. — Когда-то я так часто носила алые наряды, что они мне страшно надоели. И теперь я надеваю их лишь в случае крайней необходимости.

— Честно говоря, нам безразлично, какие наряды — алые или голубые — вы носите, леди, — вмешалась в разговор мать Розалинды. — Нас больше интересует, будете ли вы помогать нам так, как делали это прежде?

Она с такой надеждой смотрела на Фиону, что у той сжалось сердце. Фиона молчала, не зная, что сказать. Она обвела взглядом сидевших вокруг костра людей Уилла, многие из которых были истощены и одеты в лохмотья. Фиона знала, что большую часть добычи, полученной с ее помощью, теперь будет забирать Брэдан. Ему нужны были деньги для продолжения поисков сестры. Видя замешательство Фионы, Брэдан решил ответить за нее.

— Да, моя драгоценная женушка скоро снова возьмется за дело, — бодро заявил он и, повернувшись, взглянул на Фиону. Та насторожилась. Она боялась, что Брэдан скажет что-нибудь лишнее. — Прежде я никогда не участвовал вместе с ней в набегах и засадах. Но говорят, у нее настоящий дар добывать золото. Мне много рассказывали о подвигах, которые она совершала в недалеком прошлом. Ее излюбленным приемом нападения на жертву была засада, а сама Гизелла служила приманкой для жертвы. Ведь это правда, дорогая? Ты притворялась раненой, не так ли? Чтобы остановить путника, ты ложилась на обочину дороги и молила проезжавших о помощи. Это очень изобретательно!

— Да, примерно так все и было, — подтвердила Фиона, отводя взгляд.