— А вы, Кэтрин? Пойдете? — пригласил Райан.

Кэтрин оказалась в безвыходном положении. Мирелла сама не пригласила бы третьего лишнего — она явно желала поговорить с Райаном наедине, но, с другой стороны, Алессандро и синьора Бертини тоже, вероятно, хотели обсудить семейные дела без посторонних ушей.

— Да, я иду, — наконец решилась она.

Кэтрин надеялась, что через несколько минут сможет незаметно ускользнуть и оставить Миреллу наедине с Райаном. Впервые за все время знакомства с Витторио она сейчас была бы рада его обществу. Ситуация, по ее мнению, была фарсовой. Райан легко шагал между двумя девушками, и их общий разговор напоминал игру в «испорченный телефон», когда обрывки фраз передаются от одного к другому через третьего.

— По-моему, у меня камешек в туфле, — сказала Кэтрин, когда трио приблизилось к каменной скамье.

Усевшись, она сняла туфлю и потрясла ее, освобождая от воображаемого осколка гравия, в надежде, что Мирелла с Райаном продолжат путь без нее. Краешком глаза она видела, как итальянка взяла его под руку и потянула за собой, но в этот момент раздался голос Алессандро:

— Мирелла!

Девушка нахмурилась и с неохотой повернулась в его сторону.

— Иду! В чем дело? — крикнула она и поспешила по тропинке к дому.

Райан тут же опустился на скамью рядом с Кэтрин.

— Отлично сработано, — сказал он. — Старая уловка, но все еще эффективная.

Кэтрин с ненавистью посмотрела на него, но было уже слишком темно, чтобы она смогла разглядеть выражение его лица.

— Вы хотите сказать, что я нарочно притворилась, будто у меня камень в туфле, чтобы остаться с вами тет-а-тет?

— А разве не так?

У Кэтрин не было слов, чтобы парировать такую явную наглость. Она глубоко вздохнула:

— Мне потребовалось бы ясновидение цыганки, чтобы угадать появление синьора Бертини именно в данный момент.

Райан рассмеялся:

— Никогда нельзя знать заранее, какими сверхъестественными способностями обладает женщина. Меня это всегда поражает.

— Тогда, может, для вас будет сюрпризом узнать, что я просто собиралась тактично ретироваться от вас с Миреллой.

— Неужели? А я-то надеялся, что вы избавите меня от нее.

— Так вы, оказывается, пленник, да еще слабовольный? — Она насмешливо посмотрела на Райана. — На месте Миреллы я чувствовала бы себя оскорбленной таким высказыванием.

— О, ее не так легко спровоцировать, как вас, Кэтрин.

Она оставила это замечание без внимания и, помолчав немного, спросила:

— Мои коробки с керамикой все еще у вас в машине?

— Нет. Я их выгрузил перед ужином. Вы найдете все в одном из садовых сараев.

— Спасибо. — Ее тон был холоден и сдержан.

Ей хотелось от души поблагодарить Райана за помощь, но какой реакции можно ждать от мужчины, который все тривиальные поступки или обычные слова трактует в свою пользу и наделяет каким-то скрытым смыслом? Даже если она скажет: «Давайте вернемся в гостиную», он еще вообразит себе, что она хочет, чтобы он обнял ее и поцеловал.

Кэтрин встала:

— Становится прохладно. Я лучше пойду в дом.

— На Сардинии, да и во всей Италии, всегда так — солнечное тепло может быстро смениться прохладой.

Когда они были всего в нескольких ярдах от дома, на дорожке показалась Мирелла, стремительно приближавшаяся к ним.

— Идем, Райан! — воскликнула она. — Мне надо тебе кое-что сказать. — Она схватила его за руку и потащила за собой в темноту сада.