— Что происходит с Пием? — Роук не выглядел удивленным.

— Отвечай, — сказал Фарон. — Во что он ввязался? Ты с ним заодно? Поэтому ты уклоняешься от ответов?

— Я… я не…

— Расскажи все, Сонека. Каким образом ты выжил на Визажах, когда вас всех там порезали на ленточки? Кто-то тебя информирует?

— Слушайте, вы… — начал Пето.

— Что за разговоры о трупе? — спросил Роук.

Сонека сделал вид, что собирается что-то сказать, и Роук наклонился поближе. И тогда гетман схватил его и резким движением толкнул в выгребную яму. Послышался всплеск, а потом громкие ругательства и проклятия. Фарон сделал выпад, но наткнулся на локоть Пето и потерял пару зубов.

Пето побежал. Фарон бросился за ним, забыв про напарника в дерьме.

— Сонека, стой!

Он узнал голос. Геновод Бун. Пето прибавил ходу и тут услышал выстрел. Под ногами взлетел столб пыли.

— Следующий будет в голову! Стой! — кричал Бун.

Сонека не останавливался. Он бежал вдоль дороги, ища укрытие. Внезапно его ослепили яркие огни. Послышались рев двигателя и крик:

— Запрыгивай!

Сонека моргнул, за светом фар различив лицо Бронци.

— Залезай, Пето!

Сонека забрался внутрь, и спидер умчался в темноту, оставляя геноводов далеко позади.

Глава восьмая

Нурт, порт Мон-Ло, продолжение

— Куда мы направляемся? — спросил Сонека немного погодя.

Бронци молча вел спидер по дороге на юг от дворца.

— Бронци?

— Не задавай лишних вопросов, Пето.

— Думаю, я все же задам. Это…

— Гораздо сложнее, чем ты можешь себе представить, Сонека, — закончил за него Бронци. — Так что заткнись. Ты вообще должен быть мертв.

— А ты, похоже, не слишком рад, что это не так.

— Конечно рад, — сказал Гуртадо, следя за дорогой. — Ты мой лучший друг, и я рад, что ты жив, но это все усложняет.

— Что усложняет?

— Просто заткнись, ладно? Твой друг спас тебя от нежелательного внимания геноводов — вот все, что ты должен знать.

— Как ты узнал, что мне нужна помощь?

— Я следил за тобой весь день.

Фары спидера выхватывали из темноты несколько кустов и бархан, застывший в холодном свете. Чем дальше от огней имперского лагеря, тем темнее становилось небо над головой.

Через двадцать минут Бронци притормозил перед древними руинами, которые, возможно, когда-то были храмом. Внутри зажегся огонь, и Бронци заглушил двигатель.

— Вылезай, — сказал он. — Иди за мной и не делай глупостей. Я могу тебя защитить, но, если ты зайдешь слишком далеко, даже я буду бессилен. Прими это во внимание.

— О чем ты?

— О том, что они без колебаний убьют тебя, лишь бы их тайна осталась тайной. Я попросил дать тебе шанс. Так что на кону рядом с твоей жизнью моя репутация. Пожалуйста, без глупостей.

Они пошли по песку к развалинам, внутри которых танцевали тени от костра. Перед огнем сидел человек и чистил ногти кинжалом.

— Это Танер, — сказал Бронци.

Танер поднял голову и без особого интереса посмотрел на них. Он носил форму бажолура Аутремаров. В глаза бросался ожог от лазерного луча на левой половине его лица.

— Долго ты, — сказал он.

— Да, ну, в общем, я все сделал, — ответил Бронци.

— Ты Сонека?

— Да.