— Я не умею сражаться подобным оружием. Меня учили драться голыми руками, для самозащиты, — объяснил Плам свое нежелание купить тонкий зингарский клинок.

Сам Реас не интересовался товарами. Свое время он посвящал образованию молодого спутника. Дружба между ними давно переросла в нечто большее, теперь Богард относился к статному юноше как к собственному сыну.

По утрам, после завтрака в удобной трапезной «Пуповины», они упражнялись в письменности хайборийских народов, и славин быстро продвигался вперед по стезе учения. Ему помогало в том хорошее знание древней атлантской письменности, а в исчислительной науке он был почти равен своему мудрому учителю.

— Ты рожден быть ученым мужем! — восклицал Реас, убеждаясь, какой настойчивый и острый ум имеет его воспитанник.

Но, видимо, богиня судьбы выбрала для Плама иное. Природа одарила его великолепным телом и стальными мускулами, точным глазом и идеальным чувством времени и расстояния — эти свои качества он доказал в бою против работорговцев. Более всего Реаса поражали в ученике молниеносная реакция и отточенная, буквально тигриная быстрота в движениях.

* * *

В один из дней пребывания в Аренджуне оба путешественника сидели в одном из многочисленных кабачков, открытых на ярмарке, дабы освежить глотком вина пересохшее горло. За соседним столом расположилась шумная компания шемитов, приехавших торговать конями и скотом. Из-за бездействия в будничные дни (торговля животными разрешалась только на пятый и шестой дни седмицы, а рабами — исключительно в последний день) они забавлялись, играя в азартные игры. Выходцы с Золотого Побережья рассеивали скуку разговорами, игрой в кости и кислым туранским вином, целеустремленно осушая винный погребок таверны.

Один из шемитов, высокий мужчина с огромными волосатыми ручищами и роскошной черной бородой заметил, что его соседи не вооружены и миролюбиво настроены. Он решил поднять настроение своих друзей и, встав из-за стола, тяжелыми шагами приблизился к Пламу, положив свою могучую лапу на его плечо.

— Я и не предполагал, что в этом захудалом кабаке предлагают таких миловидных краль, — пророкотал мощный бас. — Давай потанцуем, русоволосая красавица, у тебя есть шанс заработать серебряную монету!

За столом шемитов раздался хохот — всем было интересно, как молодой человек отреагирует на такое неприкрытое оскорбление. Остальные посетители трактира улыбались и с интересом ожидали продолжения представления.

— Не танцую с незнакомыми! — спокойно ответил юноша, устремив взгляд в сторону. — Кроме того, прежде чем приглашать кого-то на танец, неплохо было бы тебе побриться.

— Меня зовут Фериш Ага, — засмеялся шемит, — и я хорошо известен от Кеми до Султанапура как отличный танцор! Я танцевал со многими мужчинами и для большинства из них этот танец был последним! — он резко повысил голос. Рука шемита скользнула к поясу из алого шелка, на котором красовались несколько длинных, странно изогнутых ножей.

— По-видимому, ты слаб в танцах, раз уж настолько разочаровал своих прежних дружков! — спокойно ответил Плам, сделав незаметный знак Реасу — мол, не следует волноваться. — Наверное, те несчастные были жутко напуганы, раз они отказались от танцев!

На этот раз шутка попала в цель, и все в кабаке залились громким смехом. Понимая, что над ним смеются, Фериш Ага покраснел от гнева, но быстро взял себя в руки.

— Просто после танца со мной все они оказались мертвы или остались калеками на всю жизнь! — угрожающе рыкнул он. — Но ты не тревожься, нежное создание, я женщин, особенно красивых, не убиваю.