— Полностью с тобой согласен, друг! И у нас, в Шеме, слабаков стало больше, чем нормальных людей.

— Ну где это видано — жратвы и питья завались, а в полночь за столами уже никого?! — возмущался киммериец. — Здесь скучно! Давай отправимся в вертеп на ярмарке?

— Кажется, туда мы собирались повести нашего парня!

— Он молодчина, Фериш! Говорю тебе, Плам станет великим бойцом! Ему лишь остается научиться выпивать и ценить женскую ласку!

— Он берет пример в этом деле с Реаса. Ты видел, чтобы мудрец напивался?

— Парень будет бойцом, а не ученым мужем!

— Выпьем же за твое пророчество! Слуги, вина!

Выпили, однако накопившаяся за последние дни усталость дали знать о себе и железный организм Конана подвел его. Перед его глазами появились расплывчатые образы прошлого, в душу проникли жалость и умиление, столь несвойственные его твердой натуре. Впервые за много лет Конан был пьян!

— Хороший парень! Признаюсь тебе, Фериш, там, в Мрачном Лесу, этот сосунок спас мне жизнь!

— И хорошо сделал! — глубокомысленно заявил шемитский вождь.

— Хорошо конечно! Я свалился, как побитый пес, а он схватил меня и…

Дальнейший разговор продолжался в том же духе, но речи варвара потеряли смысл, а добродушный Фериш Ага расплакался на его плече от неизвестной скорби. Выпили еще по одной чаше вина и сразу установили, что оно горьковато.

— Наверное, тавернщик думает, что мы пьяны, поэтому и подсовывает нам эту гадость, — бурчал киммериец и пытался успокоить горько рыдающего шемита. Внезапно в голове варвара родилась гениальная идея. Он подтолкнул икающего шемита и доверительно зашептал ему на ухо:

— Я знаю, что мы сделаем! В шатре Шевитаса есть почти полный кувшин розового зингарского нектара!

Во взгляде шемита появилось понимание. Он вытер слезы и спросил:

— Он наполовину полой или наполовину пуст?

— Верь мне, Фериш — кувшин наполовину полон!

— И чего мы тогда ждем? Пошли!

Царственным жестом Конан бросил на стол несколько золотых и попытался разбудить Соро, но пикт напился до беспамятства.

Они вдвоем отправились к ярмарочному городку и решили пройти напрямую, через Старый Замок. Это был заброшенный дворец правителей Аренджуна. Необитаемые постройки служили прибежищем для нищих и для бездомных собак.

* * *

Когда двое друзей вошли в тихие, темные и грязные проулки возле Старого Замка, к Конану уже вернулась его прежняя твердость духа. Он знал, что старые руины часто являются сборищем грабителей и разбойников. С одной стороны, слава Конана среди преступников Заморы была равна славе Шевитаса, короля воров. С другой, почти все благородное воинство аренджунских сейчас трудились в ярмарочном городке и опасаться было нечего.

Однако киммериец потрогал свой тяжелый кошель, проверил, на месте ли его меч и удвоил внимание. На варвара произвело впечатление то, что иа освещенных полной луной улочках не было бездомных собак и кошек. Это заставило его окончательно протрезветь. Зловещий вид Старого Замка произвел впечатление и на шемита.

— Зачем проклятущая луна светит в глаза?

Уж не хочет ли она, чтоб мы пригласили ее с нами хлебнуть от эликсира Шевитаса! Конан, почему так тихо кругом?

Конан положил руку на его плечо. Что-то было не так. Все существо Конана говорило о том, что некто, враждебно настроенный, наблюдает за ним. В какой-то момент варвару показалось, что он находится в Мрачном лесу.

В темноте блеснули чьи-то глаза.

— Подожди здесь, Фериш! Я проверю кое-что и сразу же вернусь, — и бесшумно, как леопард, киммериец исчез во тьме.