Показывая пример, капитан выбрал для себя обычный рабочий комбинезон с логотипом какой-то ремонтной компании. Не дожидаясь, когда он переоденется, я, взяв с вешалки точно такой же комбинезон и скинув военную форму, быстро переоделся и, подхватив протянутую мне полицаем сумку с инструментами, направился вслед за ним на цокольный этаж. Оказалось, здесь был гараж, в котором находились несколько десятков разномастных автомобилей, в том числе и грузовики, один из которых был видавшим виды мусоровозом с эмблемой муниципальной компании.

– Давай живей, времени у нас не так много, как хотелось бы, – с присущей всем полицейским властностью распорядился капитан и, открыв дверь в кабине мехруки, быстро забрался в салон и уселся за руль, а я устроился рядом с ним.

Не успев как следует разместиться на сиденье, капитан завёл машину и поехал к открывающимся воротам и, подождав несколько мгновений, пока они окончательно не откроются, выехал из подземного гаража и повёл транспорт в город. Катались мы под видом ремонтной бригады практически всю ночь и за это время осмотрели выделенные мне квартиры, среди которых оказался небольшой особнячок в тихом районе в окружении красивого сада с живописным озерцом.

Под утро вернувшись в здание, из которого мы выезжали, и припарковав в гараже мехруку, я, испросив разрешение оставить себе рабочий комбинезон и получив согласие капитана, подхватил свою форму и оружие, сел в реквизированный пикап и прямиком поехал на склад. Оказавшись на месте, я хотел было заняться дальнейшим изучением истории, но мне вновь это не удалось сделать, так как на территорию склада зарулили три десятка гражданских грузовиков и остановились у рампы, после чего какие-то люди занялись выгрузкой зелёных ящиков с армейской маркировкой.

Наблюдая из окна административного здания этот процесс, я не стал к ним спускаться. Чем меньше меня знают в лицо, тем мне безопаснее и спокойнее. Поэтому я дождался, когда грузовики покинут территорию склада и только после этого спустился со второго этажа и проверил доставленное мне вооружение, после чего связался с каждым командиром отделения и назначил место и время прибытия.

Выдача оружия и боеприпасов заняла у меня целых три дня, во время которых мне приходилось спать урывками, и к моменту, когда все отделения были вооружены, я буквально валился с ног. Вначале я хотел было здесь, прямо на складе как следует выспаться, но передумал и, скинув насквозь пропитанный потом и измазанный оружейной смазкой рабочий комбинезон, принял душ и, переодевшись в военную форму, отправился на базу.

Прибыв на место и вбежав в командный пункт, я застал на месте обеспокоенного Лося и затребовал у него текущую обстановку.

– Тур, наш флот ведёт сражение в системе. Буквально только что было объявлено, что эвакуация продлится ещё три дня, после чего она будет свёрнута.

– Ну, вот и начинается веселье! – с воодушевлением воскликнул я, хотя на самом деле практически не испытывал никаких эмоций кроме сильнейшего желания завалиться спать.

– Не пойму, чему ты радуешься? Нас ведь ожидает бой, в котором мы потерпим поражение и понесём большие потери, – с недоумением поинтересовался мой заместитель, рассматривая меня оценивающим взглядом, видимо подозревая в психических отклонениях.

– Скорей всего, так и будет, но в то же время мы будем предоставлены сами себе, а это свобода от всяких начальников и армейской муштры. Теперь почти всё будет зависеть от нас самих, правда есть одно весьма неприятное обстоятельство…

– Какое? – встрепенувшись, поинтересовался Лось с явной тревогой в голосе.

– Меня предупредили, что с момента начала оккупации каждый боец нашего взвода официально будет объявлен дезертиром с вынесенным заочно приговором к повешению. Приговор будет аннулирован, только когда планета будет освобождена.