К тому же и тем для разговоров у героев так мало, что если они уже завладели какой-либо темой, то будут долго и медленно наслаждаться ею. Восхищаясь всякой маленькой мыслишкой, которая у них появилась по этому поводу, они никак не хотят расстаться с нею и повторяют ее на все лады».

Гайдай прекрасно передал в фильме эту ни на что не похожую манеру, но, кажется, повесть в большей степени интересовала его другими своими сторонами. Вот что говорил о Лассиле Зощенко (его слова передал Юрий Нагибин): «Отличный писатель: лаконичный, умный, насмешливый, точно знающий, чего хочет. Я сужу, правда, лишь по двум романам, которые переводил, остальное мне неизвестно. Он обожает путаницу, неразбериху, я — тоже, хотя мне почти никогда не удавалось устроить такую кутерьму, как в «Воскресшем из мертвых» или «За спичками». Был у меня, правда, рассказ про парусиновый портфель, да бог с ним… В жизни впрямь много путаницы, чепухи, диких совпадений, бессмыслицы, и Лассила был истинным поэтом самого невероятного вздора». Надо полагать, Гайдая привлекло в повести «За спичками» примерно то же — атмосфера кутерьмы и «невероятного вздора».

Слова Зощенко в чем-то перекликаются с тем, что говорил Леонид Иович в интервью 1980 года: «В сюжете повести много столь необходимых комедии «если бы». В доме Ихалайнена кончились спички и невозможно развести огонь для приготовления так любимого финнами кофе. Потом случайная встреча с приятелем, и как следствие того, нарушение данного двадцать лет назад зарока не брать в рот спиртного. Затем неожиданное свидание в городе Юсси Ватанена со своей старой подружкой. Добавьте к этому неповторимые, тонко обыгранные писателем черточки национального характера, своеобразного быта, приплюсуйте эксцентричность натур главных героев, то и дело попадающих в совершенно невероятные ситуации. И когда вы проделаете всё это, то поймете, что данный литературный сюжет на редкость богат возможностями для трюковых съемок, для комедии положений, для словесного юмора, для кинематографической эксцентрики. А это как раз то, что требуется в хорошей комедии».

Словом, материал по-настоящему увлек Гайдая, и его согласие снимать «За спичками» никак не назовешь вынужденным. Не заподозришь Леонида Иовича и в том, что он рвался поработать за границей. Отказался ведь он в начале семидесятых годов от предложения снимать «Невероятные приключения итальянцев в России» — советско-итальянскую эксцентрическую комедию, которую в итоге поставил Эльдар Рязанов.

Таким образом, уже в сентябре 1978 года «Мосфильм» заключил с постоянным сосценаристом Гайдая Владленом Бахновым договор на сценарий «За спичками». В титрах фильма в качестве авторов сценария указаны четверо: Бахнов, Гайдай, художник и кинодраматург Тапио Вилппонен, режиссер и продюсер Ристо Орко. Бахнов, как всегда, занимался черновым вариантом, потом подключился Гайдай, а на последней стадии работы внесли свою лепту и финны.

В соглашении «Мосфильма» с «Суоми-фильм», подписанном 27 октября 1978 года, было оговорено, что участие советских и финских кинематографистов должно быть строго симметрично: с каждой стороны по одному режиссеру, по два сценариста и по семь актеров на основные роли. Предполагалось, что одного главного героя — Ихалайнена — сыграет советский артист, а второго — Ватанена — финский.

В ноябре Леонид Гайдай, оператор Сергей Полуянов и художник-постановщик будущей картины Феликс Ясюкевич отправились в Финляндию на кинопробы и выбор мест для натурных съемок. Кстати, для Полуянова «За спичками» был уже пятым подряд гайдаевским фильмом. А вот Ясюкевич не работал с Гайдаем со времен «Бриллиантовой руки».