– Да, – мрачно пробормотал он. – Все в порядке. Спасибо.

Элен в нерешительности стояла перед ним; ее пальцы похолодели от волнения. Он выглядел таким бледным и слабым, что ей захотелось чем-нибудь помочь. Его боль не показалась ей возмездием за то отчаяние, в которое он поверг ее, заставив находиться в своем доме. В конце концов, они были врагами, и Элен должна бы радоваться, что судьба наказывает его, но почему-то никакой радости девушка не испытывала. Напротив, она чувствовала сострадание к этому человеку и неожиданно осознала, что ее влечет к нему.

– Ради Бога! – глухо произнес он. – Перестаньте смотреть на меня так, будто вам не приходилось видеть ничего подобного! У меня мигрень, понятно вам? – Он криво усмехнулся. – Помимо всего прочего!

Элен смущенно поежилась под взглядом его золотисто-карих глаз, выражения которых она никак не могла понять. Но тут она увидела капельки пота, выступившие на лбу Доминика после неудачной попытки встать.

– Я… могу я что-нибудь для вас сделать? – тихо спросила она.

– Что же вы предложите? – презрительно бросил он. – Приставить пистолет к моему виску или воткнуть нож мне в живот?

– Я не думала ничего подобного, – быстро ответила она, беспомощно оглядывая комнату. – Разве у вас нет какого-нибудь лекарства? Каких-нибудь таблеток? Или мне лучше сходить за Болтом?

– У меня есть таблетки, – сказал он, наконец, устало закрыв глаза.

– Где же они?

– Вы не обязаны помогать мне. Их принесет Болт.

– Перестаньте, ради Бога! – воскликнула она. – Я хочу вам помочь. Только скажите, где ваши лекарства.

Доминик приоткрыл глаза, повернув голову в ее сторону. Какое-то мгновение он смотрел на Элен из-под опущенных ресниц, и это было волнующее мгновение. Она почувствовала слабость в ногах и учащенное биение сердца. Потом Доминик опять закрыл глаза и сказал:

– Они в бутылочке в верхнем ящике моего письменного стола.

Элен повернулась, чтобы пойти за лекарством, но остановилась в нерешительности. Где этот письменный стол? Может быть, он имел в виду то бюро в углу, возле которого она увидела фотографию страшной катастрофы? Она уже шагнула к бюро, когда Доминик устало произнес:

– Письменный стол находится у меня в кабинете.

Его кабинет!

Элен замешкалась. Где же этот кабинет? Она открыла, было, рот, чтобы спросить, но передумала. Дверь кабинета должна выходить в холл, а там не так много дверей, чтобы не найти нужную. Она уже знала то, что вели в гардеробную и столовую, а дверь в кухню была обита грубым сукном.

Элен быстро вышла из комнаты в холл, радуясь, что гепарда не было поблизости, и огляделась. В холл выходила только одна незнакомая дверь, удовлетворенно отметила она, и, открыв эту дверь, девушка заглянула вовнутрь. Несомненно, это и был кабинет Доминика Лайалла. Огромный стол красного дерева занимал всю центральную часть комнаты. На нем в беспорядке лежали книги и бумаги, а с боку стояла пишущая машинка.

Но вовсе не письменный стол привлек внимание Элен. В углу на самом краю подоконника, полускрытый тяжелой бархатной шторой стоял бежевый телефон!

Ее первым побуждением было немедленно воспользоваться этим телефоном и попросить о помощи, но последние события заставили Элен быть осторожнее. Если она задержится здесь слишком долго, Доминик Лайалл может что-нибудь заподозрить, а если он застанет ее здесь… К тому же и Болт может зайти в гостиную за подносом. Если они догадаются, что девушке известно о существовании телефона, у нее не будет шанса воспользоваться им. Но если она притворится, будто ничего не видела…

С трудом поборов искушение от заманчивой идеи немедленно связаться с внешним миром, Элен подошла к столу и села на стоящий рядом кожаный стул.