– И, как только надену это кольцо на ваш палец, мы с вами поедем отбирать лесной дом у измигунов. Вы как, леди Алиссия? Согласны на такой расклад?

– Согласна, – растерянно прошептала она, всё ещё не понимая: он её так подбадривает, вышучивая? Или… серьёзен? А потом неожиданно для себя задремала, поверив его рукам. И приняла ситуацию: сначала прийти в себя, а потом выяснить, что ей предложили – и всерьёз ли.

Глава 24

Когда вернулись в «родительское» поместье, там ещё все спали. Разумеется, все, кроме пастуха Лаогера, который ранним утром уже выгнал коров на пастбище.

Вот тут то и пригодился гостевой дом. И тот же пастух, который и впрямь оказался бывшим магом. Нет, в примитивном целительстве, как выяснилось, соображали маги любой специализации. Но Лаогер оказался магом профессионалом. Как он очутился среди раненых, перенесённых в отдельный корпус дома? Никто в суматохе возвращения не понял. Однако его негромкие, но требовательные команды были невероятно властными, а потому выполнялись немедленно – всеми, к кому он обращался. Он не только сумел вычистить раны людям и оборотням, но и обезболить их. А перевязки… Алиса только рот открыла, глядя, как плотно и бережно ложится на её раны чистая ткань. Будто настоящие бинты. Пробовала встать на ноги – получилось даже постоять немного. Боль была, но такая… ныло словно как то изнутри.

Чуть позже узнали, что дан Лаогер в известную воинам недавнюю войну потерял всех своих родных. Что его и сломило. Но при виде тех, кто нуждался в его помощи, в пастухе проснулось не только сострадание, но и совесть.

Пока дан Лаогер занимался ранеными (а для удобства врачевания их всех на первый случай разместили в одной, довольно просторной комнате), Алиса узнала о том, что же произошло, после того как измигунья матка была уничтожена.

– Яйца начали трескаться именно в эту ночь, – лаконично возвестил дан Конлет.

Более эмоциональное и пространное объяснение дал дан Силлаг, добавив:

– Измигуны выскочили, не только распахнув дверь или окна, но во все щели. А последних в этой ветхой лачуге хватало!

А дан Ристерд качал головой:

– Избушка словно взорвалась ими, леди Алиссия!

Эта информация была первой и, мягко говоря, обрывочной, но в целом картинку Алиса получила. Тем более, что вскоре её отнесли в отдельную комнату, в которой дан Реган разрешил остаться только Виктору. И вот тут уж девушка получила все ответы на свои вопросы. Спать не хотелось, потому что владело Алисой самое настоящее нервное возбуждение. А дан Реган полагал, что его невесте нужен отдых и что её брат уж постарается сделать всё, чтобы раненая отдохнула.

Виктор и старался. Сел на краешек кровати, куда положили сестру, и рассказывал. Говорил вполголоса, чтобы его не слышали за стенами в других спальнях комнатах. Иногда так увлекался, что его несло рваными предложениями – лишь бы успеть подробно обо всём, и Алиса недовольно шипела на него, требуя, чтобы говорил внятно.

В сущности, ничего нового, если вспомнить реплики магов, брат не рассказал. Но странно: слушая его, Алиса всё больше успокаивалась.

Итак, матка и впрямь была уничтожена синхронным выстрелом в семь огненных стрел. Но, едва маги огневики опустили руки, избушка пасечника чуть не разлетелась по брёвнышку: так стремительно порскали из неё измигуны, только что вылупившиеся.

– И уже с шерстью? – уточнила Алиса деталь, которой давно интересовалась.

– С шерстью! – подтвердил брат и с изумлением покачал головой: – Они все были мокрыми! Представь – только только вылупились! Но уже клыкастые!

Благодаря всадникам Герхарда и оборотням Куна всю стаю измигунов, изливающуюся из домишки, сумели ликвидировать почти без потерь.

– Дан Реган говорил, что бывает – от десяти человек погибает, – вздохнул Виктор.