Углубляясь по лесной тропе, Клэр пыталась представить себе, как здесь было в прошлом, и гадала, узнает ли она когда-нибудь причину разлуки братьев. Ведь их связывает общее происхождение, родители, воспитание. И все-таки что-то заставило Джорджа и Чарльза порвать друг с другом. Что-то заставило Джорджа уехать отсюда и не появляться целых пятьдесят пять лет!

Она настолько увлеклась своими мыслями, что не заметила, как кто-то приближается к ней сбоку. В самый последний момент она уловила тень — и моментально среагировала со всей силой и быстротой, отработанной во время долгих тренировок по самообороне. Стремительно повернувшись, она выбросила вперед правую ногу, ударив противника в низ живота, а левую, согнутую в локте, выставила против его лица. В следующую секунду человек упал на землю и согнулся пополам, а она помчалась прочь, охваченная страхом, сжимая в руке баллончик с перцем.

Клэр прикинула, что если и дальше вот так мчаться, то минут через пять она окажется у трансформаторной будки, где спрятана ее сумка. И Джордж Беллами так никогда и не узнает, что с ней стало.

Жаль, очень жаль! Но может быть, он все-таки встретится с братом, и его родственники не станут настаивать, чтобы он вернулся в город и продолжил мучительное лечение. Да, ей было очень жалко оставлять Джорджа, но это не могло ее остановить.

Зато это удалось сделать поверженному противнику.

— Танкреди! — хриплым от боли голосом выкрикнул он.

От одного лишь слова — этого почти забытого имени — ее обдало холодом. Оно принесло с собой все, что она оставила в прошлом, включая себя, какой она была до своего исчезновения.

Она рискнула на бегу оглянуться.

Напавший на нее хулиган стоял на четвереньках и пытался выпрямиться. Хорошо. Значит, он не сможет вытащить оружие.

Рядом валялась упавшая с него бейсболка, обнажив густую гриву черных волос с сильной проседью.

О боже! Мел! Это был Мелвин Рено, единственный человек, которому она доверила свою тайну.

Она круто повернулась, подбежала к нему и упала рядом на колени.

— Ты что, с ума сошел? Надо же быть таким идиотом, чтобы подкрадываться ко мне. Да я на всю жизнь могла сделать тебя инвалидом!

— Может, уже сделала. — Он сердито посмотрел на нее сквозь выступившие от боли слезы.

— Сядь, — приказала она, заметив, что его лицо посерело. — Подтяни колени под углом в сорок пять градусов и засунь между ними голову.

Он со стоном подчинился.

— Вдох носом, — учила она его, — выдох открытым ртом.

— Кажется, ты разбила мне лицо.

— Дышишь нормально?

— Просто великолепно.

— Значит, не разбила.

— Хорошо быть медсестрой, — глухо проговорил он. — Ты можешь разбить парню голову, а потом заново собрать ее.

— Я только защищалась, как меня учили, — кстати, именно ты. Наноси удар и беги, а вопросы задавай потом, но ответам не верь — разве не ты мне это твердил?

Он кивнул, не поднимая головы.

— Что, очень больно? Или немножко легче?

— А что, если я скажу, что не легче?

— Тогда тебя нужно осмотреть. Ультразвук покажет, есть ли у тебя разрывы мягких тканей.