— Согласен, — ответил он без колебаний.

Я посмотрела на него и замедлила темп, пока не остановилась окончательно, а Паркер не столкнулся со мной.

— Ты действительно веришь в него, не так ли? Думаешь, когда он объяснится, я снова упаду прямо в его объятия?

— Я лишь думаю, что он заслуживает возможности озвучить свою версию ситуации. А ты заслуживаешь того, чтобы услышать её.

Я не могла с ним спорить. Я действительно заслужила услышать объяснение того, что произошло. Только не была уверена, что хочу знать.

— Я могу теперь побегать одна? — я пнула песок, чувствуя себя капризным ребёнком. — Я бы хотела немного побегать в одиночестве, чтобы привести мысли в порядок.

— Конечно, — Паркер улыбнулся. — Спасибо, Лена.

— Он действительно заботится?

Вопрос выскользнул из моего рта прежде, чем я поняла, что думала об этом. Он вырвался случайно, и моё сердце остановилось в ожидании ответа.

— Не думаю, что «заботится» именно то слово, которым можно описать его отношению к тебе, — его голос был мягким и осторожным.

И ещё это было честно. Я могла сказать, что он верил в только что произнесённые слова, и впервые за несколько месяцев позволила себе тоже в это поверить. Но лишь немного и лишь на мгновение. Потом я затолкала это обратно. Не было никого, кто бы защитил меня, кроме меня самой.***

После часа бега я вернулась в квартиру и целенаправленно направилась к задней лестнице, чтобы не проходить мимо квартиры, в которой остановился Престон. Я готова была выслушать его, как и обещала Паркеру, но это не означало желание того, чтобы он увидел меня всю потную и в песке.

Когда я вошла в квартиру, Пайпер сидела на диване с кружкой в руке. Она выглядела так, будто ждала меня. Она открыла рот, и я сразу подняла руку, останавливая её.

— Паркер уже добрался до меня. Я сказала ему, что выслушаю Престона, поэтому можешь отложить свою речь. Я передумала.

Она улыбнулась моим словам:

— Я знала, что Паркер убедительно изложит свою точку зрения.

— Да, он может быть очень убедительным, когда захочет.

— Он адвокат, — сказала она, пожимая плечами.

— Знаешь что? Я догадывалась об этом. Черт! Не надо было позволять ему загнать меня в угол.

— Все будет хорошо, Лена. Я обещаю.

— Ну, то, что я согласилась его выслушать, не означает, что ты прощена. Ты тоже мне врала, — заявила я, заходя на кухню, чтобы взять стакан воды.

В ту же секунду поняла, что не очень обижена на Пайпер. Или на Паркера. Они не причинили мне боль своей ложью. Они, по крайней мере, были отвлечением, когда я находилась в таком мрачном состоянии, и помогли мне. Я не могла злиться на них за это. Но могла проучить их. Я сделала большой глоток холодной воды и затем оглянулась на Пайпер.

— Мне очень жаль. Знаю, я лгала тебе, но на самом деле я всего лишь хотела убедиться, что с тобой все в порядке. Престон не хотел, чтобы ты была одинока.

Её слова врезались в меня, но я ухватилась за их смысл: сестра делает одолжение для своего брата. Она не пыталась причинить боль или навредить мне, она просто должна была убедиться, что я не грущу и не одинока. Я оттолкнулась от края стола, к которому прислонялась.

— Я знаю. Все в порядке.

После этих слов Пайпер посмотрела на меня с облегчением:

— Знаешь, Престон попросил меня прилететь сюда и присмотреть за тобой, но он никогда не просил меня дружить с тобой. Я хотела быть твоей подругой с первого дня нашей встречи. Никогда не врала тебе о чём-то важном. Я именно та, кем была с тобой.

— Ха. За исключение важного факта, кто твой брат, — я опустила уставшее тело на диван рядом с ней, откидывая голову на подушку.