— Арион, Арион… — повторяла она, понуждая его встать. Он постарался исполнить ее волю.

Мир покачнулся, поплыл перед глазами, снег, деревья, море — все закружилось перед ним в безумном, издевательском хороводе. Когда Арион с трудом выпрямился, кто-то тут же подхватил, поддержал его, и он, оглянувшись, узнал своего наместника.

— Уходите, — сказал Фуллер Родрику и Лорен. — Уведи ее в безопасное место. Вон туда, по лесной просеке.

Лорен вырывалась из рук державшего ее шотландца. Она рвалась к Ариону, но тот хорошо знал, что молодой шотландец сильней ее, — и не ошибся. Без особых церемоний Родрик поволок Лорен к лесу.

Арион закрыл глаза, но даже спасительная темнота оказалась в сговоре со всем миром. И она кружилась в том же безудержном хороводе. Что ж, тогда все-таки лучше хоть что-то видеть. Он открыл глаза.

— Туда, — проговорил он, ткнув пальцем в один из валунов.

Фуллер помог ему кое-как добраться до валуна, и Арион привалился спиной к холодному камню. Песчаная коса почернела от множества мертвых тел, но снег уже понемногу засыпал убитых.

— Ты ранен в грудь, — сказал Фуллер. — И в руку.

Арион отупело уставился на него. Голос Фуллера едва доходил до его слуха, заглушаемый странным неутихающим гулом. Этот гул то замирал, то становился громче — в такт биению его сердца.

— Тебе надо сесть, — сказал Фуллер. Арион опустился на песок. Лицо его посерело от смертельной усталости, левую щеку пересекал подсыхающий шрам.

— Сколько еще? — спросил Арион, и Фуллер без труда понял его.

— Недолго, — ответил он, накладывая на раненую руку Ариона чудовищно тугую повязку. В руке пульсировала острая боль. — Наши люди прибыли полчаса назад, вскоре после шотландцев, но с кораблей все время высаживаются свежие силы викингов. Они по-прежнему превосходят нас числом.

— Чтоб им сдохнуть в аду! — с чувством проговорил Арион.

— О да, — согласился Фуллер, безжалостно терзая его раненую руку.

— Прекрати! Возвращайся в Элгайр. Закройте ворота… готовьтесь…

Арион умолк и бездумно уставился на пелену снега, в которой двигались смутные силуэты.

— Элгайр готов к осаде, мой лорд. — Фуллер что-то дернул, и руку Ариона снова пронзила нестерпимая боль. Ему очень хотелось заорать во все горло, но вместо этого лишь выдохнул воздух сквозь стиснутые зубы. — Больше мы для них ничего сделать не можем.

— Возвращайся…

— Нет.

Фуллер встал, повернулся спиной к Ариону, поднял меч и щит. «Где же мой меч?» — отрешенно подумал Арион и тут же обнаружил, что все это время крепко сжимал в руке его рукоять. Это хорошо. То, что он не потерял меча, — добрый знак…

В невнятном и грозном гуле битвы появилась вдруг новая нота. Все громче и громче становились ликующие вопли. Движимый любопытством, Арион, прижимаясь спиной к камню, кое-как поднялся на ноги.

— Что там такое? — спросил он.

Фуллер отбежал вперед на несколько шагов, не сводя глаз с моря.

— Корабли! — воскликнул он.

Арион заскрежетал зубами. Что ж, это конец, и его надо встретить с достоинством.

— Это не викинги! — продолжал Фуллер. — Мой лорд, на этих кораблях — шотландский флаг!

Шатаясь, Арион подошел к нему. Он должен увидеть все это собственными глазами.

Буря стихла. По высоким черным волнам неслась к острову флотилия боевых судов, врезаясь клином в самую гущу вражеских кораблей. По пути флотилия разделилась надвое, и часть судов направилась прямо к берегу.