Его слова врезались в меня подобно шару для сноса зданий. Воздух покинул мои лёгкие, моё сердце взорвалось, а вены высохли, потому что во мне не было ничего, за исключением боли. Дерек смотрел на меня так, как будто только что выиграл самый важный матч, в который когда-либо играл.

— Что? — прошептала я, удивляясь тому, что мне вообще удалось что-то сказать.

— Я прослушивал твой телефон годами, дорогая. Я просто ждал момента, когда ты наконец-то решишь, что с тебя уже хватит. Когда ты позвонила в ту фирму, чтобы проконсультироваться с частным детективом, я знал об этом ещё до того, как ты назвала им своё имя, — Дерек снова засмеялся, и я закрыла рот, потом снова открыла, словно была гуппи. Я чувствовала наворачивающиеся на глаза слёзы и жгучую боль в горле от необходимости поплакать, моё тело болело, требуя выплеснуть всю боль. — Я позвонил в фирму, сказал им, что их услуги не нужны, и отправил Престона с единственной целью соблазнить тебя.

— Нет, — выдохнула я.

— Да, дорогая, и ты заглотила наживку, как я и предполагал. Сколько ты продержалась? Неделю? Ты сама вырыла себе могилу, Лена.

— Я не верю тебе.

— Подумай об этом, — сказал он, повышая голос. — В начале, в первую неделю, что Престон сделал для тебя? Ничего. Он допрашивал тебя как полицейский, ради Христа! Какой частный детектив делает это? Он неуместно флиртовал с тобой и преследовал тебя. Он работал, выполняя работу для меня.

Мыслями я вернулась к той первой неделе с Престоном, вспоминая все наши встречи, и кусочки начали выстраиваться по местам: как он сказал мне не звонить ему в агентство, он знал мою фамилию ещё до того, как я сообщила ему об этом, и знал, где я живу. Он убедил меня, что является частным детективом, но на самом деле ему это было известно, потому что он работал на Дерека и уже всё про меня знал. Престон обманывал меня с самого начала.

Я почувствовала, как желчь начала подниматься из желудка, но продолжала стоять, отчаянно желая уйти из этого дома и избежать того, что, казалось, было неминуемо. Я поверила человеку, который с самого начала работал против меня. Влюбилась в самозванца, разрушив все шансы на то, чтобы сделать что-то для себя.

Я побежала к двери, схватила свою сумочку и куртку и, рыдая, выбежала из дома. Я ничего не видела из-за текущих по щекам слёз, ничего не слышала из-за стучащего в ушах пульса и даже не поняла, что случилось, когда наткнулась на что-то твёрдое. Оно схватило и обняло меня, и я почувствовала знакомый запах.

Престон.

Как только до меня дошло, кто меня держит, я вырвалась из рук и оттолкнула его с такой силой, какую никогда не использовала на ком-либо.

— Нет! — закричала я. Даже собственными ушами я услышала боль в своём голосе. В нём больше не было ничего. Я была воплощением боли. — Не трогай меня!

— Лена, милая, — начал он.

— Убирайся! Ты не можешь меня так называть!

— Пожалуйста, послушай меня.

— Я больше не позволю мужчинам разрушать мою жизнь. Не позволю мужчинам контролировать меня. Я поверила тебе, это единственное, о чём ты просил, и я сделала это. Я сделала именно то, что ты хотел. Я доверяла тебе, а ты меня обманул. Обманывал меня так много раз, что даже невозможно перечислить все эти моменты.

— Нет, — сказал он, сделав шаг ко мне.

Я отошла от него, давая взглядом понять, чтобы он не приближался.

— Ответь на один вопрос, Престон. Только один. Ты работаешь на него? Тебя наняли соблазнить меня? Чтобы заманить меня в точно такую же ловушку, из которой я пыталась сбежать?

— Лена…

— ОТВЕТЬ МНЕ!

Он вздохнул, и я увидела, как вся уверенность покинула его тело. Его плечи поникли, глаза потеряли свой свет, и он провёл рукой по волосам.