Передовая машина гостей замерла в нескольких метрах от меня, а вслед за ней и остальные. Из них стали выходить люди. Бойцы держались настороженно, но резких движений не делали. А вот несколько человек в гражданском направились ко мне. Трое мужчин и две женщины.

С семейным архивом Маргариты Яновны я уже частично ознакомился. Поэтому лица узнавал. Ко мне приехали родственники, дети Александра Ефимовича Нестерова от второй и третьей жены. Впереди улыбающийся широкоплечий мужчина, Роберт Нестеров. А за ним, если память меня не подводила, что вряд ли, Николай, Матвей, Жанна и Полина. После того как бабушка выдавила их вместе с матерями из поместья, они унаследовали деньги отца. Маргарита Яновна, надо отметить, поступила честно, хотя могла отдать лишь небольшие доли. Но за это она взяла с Нестеровых обещание ее не тревожить и на земли Новинских не претендовать. Тогда это всех устроило. Тем более что за спиной бабушки маячили Хортовы. А потом, когда деньги из наследства были бездумно растрачены и наследники Александра Ефимовича в иерархии своего рода упали на самое дно, они попытались отыграть ситуацию назад. Вот только не вышло. Маргарита Яновна не хотела общаться с детьми своего мужа от других женщин и когда разговаривала с ними, в выражениях особо не стеснялась, называла нищебродами, стервятниками и попрошайками. А теперь-то они чего приперлись? Наверняка, хотят чем-то поживиться. Но не выйдет.

Первым ко мне подошел улыбающийся Роберт Александрович, который раскинул руки и буквально возликовал от счастья:

— Здравствуй, племянник. Наконец-то мы встретились. Я Роберт Нестеров. Твой дядя. Будем знакомы.

— Привет, дядюшка, — довольно холодно отозвался я, а потом посмотрел на остальных родственников: — И вас приветствую.

— Ну чего ты так, племяш? — продолжал улыбаться Роберт, внутри которого я чувствовал совсем не радость, а гнев и недовольство. — Как не родной. Мы же с тобой одной крови. Ты и я.

Сказав это, дядюшка положил мне на плечо руку и я сказал:

— Убери.

— Что? — не понял он.

— Руку убери.

— Ты чего? — снова попытался включить он режим простого добродушного человека, но руку не убрал.

Пришлось ее сбросить и, поймав взгляд Роберта, я спросил:

— Зачем вы здесь?

— Узнали о смерти уважаемой Маргариты Яновны и приехали почтить ее память. Не чужие люди. Да и по отчему дому хотелось бы пройтись.

— Прах Маргариты Яновны, согласно ее воле, развеяли над рекой. А дом не ваш, а моей родной бабушки. Вы в этом месте родились и вам позволяли здесь жить. Но это в прошлом. Сейчас мне не до гостей. И про родство вам лучше не вспоминать. Вы ни разу не поздравили мою маму, вашу сестру по отцу, с рождением детей или каким-то памятным событием. А я вижу вас в первый раз и чувствую негатив, который вы притащили за собой.