Наконец я очнулся. Я лежал не открывая глаза, наполненный ощущением счастья. Лили была моей. Любимая, несравненная Лили. Вся моя прошлая жизнь казалась теперь никчемной и жалкой. Я вышел из сырого и темного подвала, населенного мелкими человеческими страстишками — жаждой славы, денег, власти… к единственному сокровищу мироздания — любви. Вся моя дальнейшая жизнь представлялась ясной и счастливой, потому что в ней была Лили.

Я чуть слышно позвал ее. Девушка молчала. Я повернулся. Постель была пуста.

— Ли! — позвал я громче.

Но лишь шум ветра в оцепенелом ночном лесу был мне ответом. Мне стало жутко.

— Ли! — кричал я изо всей силы, предчувствуя недоброе. Но лес молчал.

Я бросился к баньке, рванул ее дверь на себя. Банька была пуста. Но откуда-то тянуло сквозняком. Я повернулся к двери, она была плотно закрыта, к окну — стекло цело. Но я явственно ощущал сквозняк, он дул из дальнего, заставленного облупившимися жердями угла. Чиркнув спичку, я отодвинул жерди и увидел за ними лаз из двух отодвинутых а сторону досок. Нагнувшись, я вылез с обратной стороны старом баньки, сплошь заросшей крапивой и кустарником. Здесь была протоптана незаметная со стороны потайная тропа. Я пошел по ней с величайшей осторожностью. Вдруг впереди возник большой серебристый диск со светящимся прозрачным утолщением в центре, в котором горел свет. И хотя никогда раньше не видел ничего подобного, сразу понял — это была летающая тарелка!

С некоторой опаской я подошел к ней вплотную. Дотронулся до металла обшивки и тут же отдернул руку — он был обжигающе холодным. В пилотской кабине что-то заурчало, и она осветилась тем же малиновым светом, который горел в палатке Лили. Я поднял глаза и увидел пульт, состоявший из множества разноцветных огоньков, похожих на стаю светлячков. За пультом сидела моя Ли. Она была в серебристом скафандре и шарообразном прозрачном шлеме.

Я похолодел: моя Ли — инопланетянка! Я стоял перед ее летающей тарелкой, чувствуя, как кровь отхлынула от лица.

Все кончено Лучше бы я попал в тюрьму. Даже пожизненное заключение оставляло надежду. По крайней мере я бы знал, что мы ходим по одной земле, дышим одним воздухом.

Глухая черная бездна, сотни световых лет, разделяющих наши миры, легли между нами. Это была разлука, большая, чем смерть. Еще день-два, и этот проклятый аппарат унесет ее в небытие. И я никогда больше не увижу свою Лили!

Внезапно я услышал душераздирающий волчий вой. Не сразу до меня дошло, что это вою я сам. Я обнял сосну и стал а отчаянии биться об нее головой.

— Прощай, Лили. Прощай!

Вернувшись в палатку, я решил осмотреть вещи Ли, чего никогда не позволил бы себе сделать при других обстоятельствах. Среди вещей, о назначении которых я мог только догадываться, была одна, не оставлявшая сомнений в ее назначении. Полированная рукоятка. Широкий внушительный ствол и оптический прицел выдавали в ней оружие большой разрушительной силы. Бластер — догадался я. Я вышел наружу, сунул его под корень ветвистой старой ели и вернулся назад.

Через несколько минут появилась Лили. На этот раз от нее повеяло не сногсшибательными инопланетными духами, в земным запахом грибов и свежей малины. Раздевшись, она юркнула ко мне в постель.

— Что с тобой? — девушка коснулась губами моего разбитого лба.

Я привстал, нежно обнял ее и, глядя в ее прекрасные глаза, прямо спросил:

— Лили, ты инопланетянка?

Она удивленно вскинула брови, но тут же овладела собой:

— Рано или поздно ты должен был это узнать.

— Почему же я понимаю ваш язык?

— Для нас это не проблема, Дан.

— Что привело тебя на нашу Землю? — спросил я как можно спокойнее.