На ходу вытаскиваю светозвуковую гранату и повторив фокус с чекой, запускаю её внутрь помещения. Пусть это их не убьёт, но хотя бы чуть дезориентирует и отобьёт желание соваться сюда. Сам же добираюсь до металлических ящиков и нахожу источник яростных воплей — парня в чёрной форме, половина тела которого серьёзно изувечена. Вгоняю ему очередь в висок, после чего окидываю взглядом остальных. Ещё два тела в комбинезонах — похоже тут разместили одного «безопасника» и двоих андроидов. За моей спиной — трупы ещё пятерых собратьев Лилу и Асды.

Феликс, застывший около открытого дверного проёма, ведущего в «офис», высовывает FN, выпускаю три короткие очереди кряду. Ему отвечают нестройным огнём сразу нескольких автоматов. Слышу, как кто-то кричит и матерится, требуя немедленно прекратить огонь. Удовлетворённо хмыкаю. Значит, бойцы-андроиды всё-таки закончились. Теперь настало время людей. Что не может не радовать. Убивать этих ублюдков будет как приятнее, чем контролируемых биороботов, которые даже не осознают, что делают.

Перемещаюсь к аргентинцу, заняв позиции рядом с ним, около стены. Прикидываю в голове, может ли в офисе что-то загореться от взрыва термобарической гранаты. Предбанник полностью уцелел, но тут, по сути, везде голый металл. А в блоке немало пластика, плюс может оказаться что-то ещё из горючих материалов.

Размышления прерываются возмущённым криком и звуком короткой очереди со стороны противника. В целом, ничего необычного. Только вот, в этот раз, огонь ведут совсем не по нам. Когда до моей головы доходит этот факт, удивлённо замираю, ожидая развития ситуации.

Первая мысль, которая приходит на ум — кто-то из бравых защитников станции попробовал сбежать и был благополучно ликвидирован. Хотя, можно предположить и несколько иных вариантов, но, на мой взгляд, они не так вероятны.

Через секунду из помещения раздаётся мужской голос.

— Предлагаю выдохнуть и поговорить. Давай обсудим расклад, который у нас получается.

Отвечаю, почти не задумываясь.

— Извини, но вести переговоры с теми, кто сознательно пустил под нож миллиарды людей, я не собираюсь. Многое могу понять и сам в крови по уши. Но убивать всех из-за своей съехавшей крыши — это клинический диагноз.

Сделав короткую паузу, продолжаю.

— Поэтому мы просто пройдёмся по станции, уничтожая всех членов экипажа, одного за другим. А потом свернём вашу шарашку раз и навсегда.

Секунд пять стоит тишина. Потом собеседник, уставшим голосом уточняет.

— Я только что пристрелил одного из этих уродов. Всё, что хочу обсудить — условия сдачи и сворачивания проекта.

Глава XXVI

Несколько мгновений, в недоумении размышляю о том, что у них там происходит. Потом решаю уточнить, кто именно со мной разговаривает. Кричу в ответ.

— Какие у тебя полномочия для принятия решений? С кем я вообще говорю?

Секундная пауза, после которой слышится ответный крик.

— Полковник Игнатов, международная орбитальная группировка. Здесь возглавлял СБ. Это моих людей вы положили в четвёртом секторе.

Переглядываюсь с Феликсом, который настороженно прислушивается к происходящему, явно ожидая подвоха. Вздохнув, детализирую дальше.

— А какого хера тогда хочешь сдаться?

В этот раз тишина длится секунд пятнадцать. Похоже, экс-офицер пытается сформулировать ответ. За это время кто-то из присутствующих в комнате людей пытается что-то сказать, на что «безопасник» отвечает яростным окриком.