— Вот это другое дело! — оживилась Энга. — А то тюрьма… Макс, не буду мешать, пошла искать себе каску на голову. Мой чип не должен сконнектиться с сетью. Как только сядем, гады нас потеряют!

— Ты лучшая соучастница для сомнительных делишек, что я знаю, — улыбнулся он.

— Нет. Просто я очень тебя люблю и пытаюсь сделать все возможное, чтоб выбраться из ловушки, в которую нас завело твое безрассудство.

Она уплыла. «Женщины не умеют не пилить», — вздохнул про себя Макс.

Неоценимую помощь в перепрограммировании шаттла ему оказали цифровые машины станции, взявшие основную работу на себя. А если садиться не в Рутении? Было же море времени, чтоб выбрать страну для эвакуации, но до взлета такой исход казался маловероятным. Как минимум, надо махнуть за океан, хотя бы географически подальше от заинтересованных в их поимке. Место посадки должно располагаться рядом с крупным городом с населением не менее миллиона жителей, там сразу затеряться, найти ломщиков чипов… Он выбрал относительно подходящее место, в родном мире оно называлось бы Восточным побережьем Соединенных Штатов, и принялся за ввод данных, заодно выкапывая из памяти компьютеров станции необходимую информацию о будущем поле деятельности. Но долго ему этим заниматься не пришлось. Все терминалы в центральном посту управления станцией вдруг замерцали красным сигналом тревоги: приближается торпеда!

Значит, кто-то активировал станцию противометеоритной обороны. Там есть лазеры, но имеются и торпеды с термоядерной боеголовкой, способные разнести приближающийся к Земле астероид размером с Петрозаводск. По «Бахтияру-3» выпущен самый крупный калибр! Десятки мегатонн!

Ради «стабильности» сильные мира сего нашли иное решение, не послушавшись Глобу.

А вот это — конец. Бесповоротный. Сердце заныло. За оставшееся время невозможно успеть к челноку, тем более отстыковать и удалиться на безопасную дистанцию — ни за что в жизни. Закончившейся так глупо и бездарно!

В этот момент в отсек вплыла Энга с круглой железякой в руках, более не нужной. Увидела цифры обратного отсчета на терминале: 9… 8… 7… 6… 5… и все поняла.

Она метнулась к Максу, и он прижал ее к себе, чтобы уйти вдвоем вот так, обвившись…

Эпилог

Травинка щекотала щеку. Нос сообщил о запахе полевых цветов, совершенно невозможном на орбитальной станции.

Макс сел и сощурился под лучами солнца, ощутив, что оно ласкает не только плечи, но и чувствительное к ожогам мужское достоинство, не прикрытое трусами.

— Где мы? Чип не ловит сеть! — спросила абсолютно лысая обнаженная женщина с приятной глазу фигурой, встав перед ним. Макс узнал Энгу только через секунду — лишенную, в числе прочего, бровей и ресниц, не говоря о пропавших волосиках в нескромном месте. — Ты опять сорвал с меня всю одежду?

— Заодно обрил тебе и себе волосы, не заметила? — хмыкнул Макс, который уже обо всём догадался. — Вспомни, как я появился в Тремихе.

— С тобой я точно сойду с ума! — она прижала ладошки к оголенному черепу, потом начала водить глазами по сторонам — чем бы прикрыться.

Макс встал и осмотрелся. Местность была смутно знакомой, только видел он ее последний раз зимой, под снегом. Точно! В полукилометре, за озером, виднелось разрушенное большое здание. Острый глаз десантника рассмотрел желтые знаки радиационной опасности на уцелевшей стене.

Макс схватил Энгу за руку и потащил прочь, пока не нахватались миллирентгенов по самое не балуй.