Перегрин не сомневался, что где-то непременно должен быть мост, а рядом с мостом – ворота для повозок и телег. Мост действительно вскоре обнаружился, равно как и крепкие служебные ворота. Они были заперты, однако не охранялись.

Перебраться через деревянные створки не составило ни малейшего труда.

Оказавшись в поместье, путешественники решили держаться хозяйственной дороги, которая шла по периметру вдоль стены. Поначалу буйная растительность не позволяла рассмотреть парк. Но уже через несколько минут дорога начала упрямо взбираться все выше и выше, так что вскоре показался купол римского храма, на вершине которого горел фонарь.

– Вот он! – закричала Оливия.

Возглас вспугнул стайку небольших птиц; они со щебетом поднялись над деревьями.

– Тише! – рассердился Перегрин. – Вижу. Ты что, хочешь, чтобы весь мир узнал о нашем появлении в Трогмортоне?

Однако Оливия не слушала. Она торопливо поднималась по склону. Перегрин взглянул на покрытое облаками небо и поспешил следом. Небо ему не понравилось, однако отменять операцию из-за плохой погоды не хотелось, а возвращаться обратно на бристольскую дорогу не имело смысла.

Можно было спрятаться от дождя под портиком храма. А если предстояло провести в поместье ночь, что казалось вполне вероятным, то для этого в парке были созданы прекрасные условия: повсюду виднелись небольшие красивые постройки. Вряд ли все они заперты. Да и что такое замок для умелых рук Оливии?

Перегрин заметил, что она поскользнулась, и поспешил догнать.

– Смотри под ноги, – заботливо посоветовал он, – Не видишь разве, что земля совсем мокрая? Хочешь вывихнуть ногу?

Однако Оливия ничего не видела и не слышала, так как целиком и полностью сосредоточилась на заветной цели путешествия.

– А он куда больше, чем я предполагала, – завороженно пробормотала она. – И гораздо красивее. Смотри, на крыше купол, на куполе огромный прямоугольный ящик, а сверху еще и маленький, шар. А на каждом углу крыши – какие-то урны или вазы – как они называются?

Архитектурные причуды не удивили Перегрина. Удивило иное – тишина, уединенность, даже укромность места. Все мавзолеи, которые ему приходилось видеть до этого, были построены напоказ и гордо властвовали над окружающим пейзажем. А этот, хотя и был в должной мере величественным, казался очень скромным. Он даже стоял на небольшой, совсем скромной лужайке, вокруг которой стеной поднимались раскидистые деревья и густой кустарник.

– Это не самая красивая часть здания, – заметил юный лорд с видом знатока. – Второй фасад. А парадный вход наверняка окажется с другой стороны, под портиком.

Он повел Оливию вокруг храма, к главному фасаду.

– Вот смотри, здесь еще интереснее.

И правда, ко входу поднималась широкая каменная лестница с надежными перилами. У основания возвышались две каменные статуи, каждая примерно в восемь футов высотой.

Лестница переходила в широкую аллею, которая спускалась по склону, а потом живописно взбиралась на соседний холм. Вокруг царствовали старинные деревья. Перегрин предполагал, что за ними прячется спокойный и милый пейзаж: мягкие холмы, уютные низины и снова холмы – привычный рельеф старой доброй Англии. Впрочем, трудно было сказать наверняка, ведь густая растительность скрывала все, кроме самой аллеи.

– Готова поспорить на весь клад: Эдмунд Делюси закопал свои сокровища у ног одной из статуй. Но вот какой именно?

– Возможно, если бы мы знали, кого они изображают, то смогли бы догадаться, – заметил Перегрин. – Скорее всего это боги или полубоги. Забавно, что наши соплеменники осуществляют строгий христианский погребальный ритуал под языческими символами.