Любопытная сказка,   заметила Кристофер и, помявшись, хмыкнул:   Ты похожа на эту кошку. Которая бродит сама по себе.

Неведомыми путями она вспомнила про здешних (пока по другому сказать не умела) родителей и вопрос Инессы. Артефакторы пространственники. Да, получается так, что она именно та кошка. Но, чтобы поддразнить Кристофера сделала вид, что не поняла.

  Ты имеешь в виду, что я «дикая тварь из дикого леса»? – ласково спросила она.

Как и ожидалось, риторический вопрос ввёл его в полное замешательство. Фраза то вроде как из сказки, но применимо к данной ситуации… Он даже уселся, сгорбившись и насупленно глядя вперёд. Вздохнул.

  Ты вывернула мои слова. И очень обидно.

  Кому? – поинтересовалась ухмыляющаяся Демира. – Мне, например, очень нравится эта фраза. В первый день в вашей академии я так себя и чувствовала: все вокруг лощёные и надменные, и тут я – в этой джинсе и кроссовках.

  Почему ты сказала – в вашей? – недовольно спросил Кристофер и вдруг напрягся. – Ты не хочешь сказать, что собираешься… что тебе больше нравится…

  Да,   подтвердила Демира. – Именно так.  Я ещё не решила, какой мир мне больше нравится. В этом меня заставляют учиться тому, чего я в себе не ожидала. В том – у меня был иной выбор.

  Какой именно? – сухо спросил Кристофер.

  Меня не ставили перед фактом, кто я. Не требовали от меня заниматься тем, что для меня было… внове. Я выбирала сама.

  Интересная интерпретация,   пробормотал он и затих, снова угрюмо глядя вперёд.

А Демира отвела от него взгляд – и поняла: это глупые девичьи мечты, что она влюбилась, что в неё влюбились. Пять дней в академии. Ну, шесть с натяжкой. Что она знает о Кристофере, кроме того, что он недосягаемая величина? Что он знает о «дикой твари из дикого леса», кроме того что она из семьи потомственных магов артефакторов? Да и зачем, вообще, все эти мысли о влюблённости?

Если рассуждать здраво, Инесса искала себе Терренса и нашла, потому что так привычно в почтенных семьях. Сама Демира в личной жизни такого не знала, но читать то читала много! Читала и о том, что каждая девица при виде более или менее симпатичного мужика сразу думает, примериваясь к нему: каким он будет рядом с ней? И в череде будущих семейных лет?

Но к ней это точно не относится. Если бы Кристофер пропал из поля её зрения, она, Демира, пожалела бы только о том, что пропал человек, с которым очень легко было общаться и который так хорошо объяснял ей учебный материал.

  После поворота мы окажемся перед поместьем Гарма и его деда,   буркнул тот самый человек.

  Дед? – удивилась Демира. – Он живёт с дедом?

И тут же осеклась, вспомнив: по словам дяди, Гарм – круглый сирота.

Как была бы она. Если бы не мама с сестрёнкой.

Четыре машины притормозили перед воротами, за которыми дорога уходила к хмуро осевшему зданию, похожему на сказочный замок.

Кристофер велел Демире сидеть и вышел поговорить с двумя сторожами, которые вытянулись возле ворот. Один кивнул на его неслышные слова и побежал через небольшую калитку, сбоку от ворот, к дому. Ждать посланца пришлось минут пять, после чего тот, запыхавшись, доложил, что старый виконт Олсандэйр болен и принимать никого не может (или не хочет?). Молодой – находится неизвестно где.

Демира аж рот открыла, слушая ответ посланца. Виконт? Вот ни фига себе. Куда ни плюнь – сплошные королевские особы!

Кристофер вернулся, обошёл машину, сел и спросил:

  Навестили?

В голосе насмешки нет. Только констатация факта.

  Откуда ты знаешь, где живёт Гарм? – спросила Демира.

  Я знаю все старинные дома в городе,   нехотя ответил он.