Лотэр вернулся с кандалами. Девушка успела отойти лишь на несколько шагов, когда застыла, услышав бряцающий звук.

Элли медленно повернулась к нему, округлив глаза при виде цепей в руках мужчины.

Когда он исчез, она подумала о бегстве. Теперь же девушка с трудом добралась до дивана и, тяжело опустившись на него, взмолилась про себя: «Не приковывай меня, не приковывай меня…»

— Боишься меня, смертная? — спросил Лотэр, поигрывая звеньями.

Разумеется, она боялась! Он обладал сверхъестественными силами, только недавно убивал людей, и по какой-то причине этот маньяк был одержим ею.

Тем не менее Элли хорошо разбиралась в людях, и почему-то ей казалось, что храбрость должна вызывать в таком как он, уважение. Поэтому честно ответила:

—Ага, сейчас, мне чертовски страшно, — её говор невольно прорезался, и акцент, присущий всем выходцам из Аппалачей, стал более выраженным. Так всегда происходило, когда она сильно нервничала. — Но сдается мне, я справлюсь с этим.

— И ты боишься этих кандалов?

Каждое его движение таило в себе опасность.

«Этот дьявол играет со мной».

— Да, сэр, боюсь. Но вы ж не хотите меня заковать.

— Не хочу? — Лотэр удивлённо приподнял бровь.

— Что, если Саройя пробудится? Я уверена, она взбесится, обнаружив, что ей скрутили руки. А вы ведь не хотите испортить ваше с ней… воссоединение.

Элли едва смогла произнести это слово. Чем будут заниматься эти двое?

Наверняка он захочет наконец-то заняться любовью со своей королевой. Потому что, какой бы ни была причина, до сих пор он этого не делал. Элли всё ещё была девственницей. А значит, когда Саройя обретала контроль над её телом, она ни разу не брала себе любовника.

Спустя показавшееся нескончаемым мгновение Лотэр уронил кандалы на пол.

Элли понимала, что этой уступкой он не проиграл ей, скорее так он заманивал её в новую ловушку.

Тем не менее, избежав непосредственной опасности, она перевела свой взгляд с мужчины на окружающую обстановку.

Комната была во много раз больше того трейлера, в котором она выросла. Словно сойдя со страниц одного из журналов по дизайну, мебель выглядела богато, но современно. Портьеры были задёрнуты так плотно, что Элли не могла определить день сейчас или ночь.

— Где я?

Он скрестил руки на своей широкой груди.

— В Нью-Йорке.

— В Нью-Йорке, — еле слышно повторила она. Элизабет никогда не выбиралась за пределы Аппалачей, но всегда мечтала путешествовать. Однако теперь всё это выглядело слишком сюрреалистично. — Зачем вы привезли меня сюда?

— Потому что это место с помощью магии защищено от непрошенных гостей, да и покинуть его самовольно тоже нельзя.

«С помощью магии?» Девушка решила, что во избежание потери рассудка от перенапряжения лучше попытаться сохранять непредвзятость мышления.

— Ты побудешь здесь некоторое время, пока я не вышвырну твою душу из тела.

— О ч-чём это ты говоришь?

— Твоё тело станет безраздельно принадлежать Саройе.

Он обладал властью похитить тело Элли? Навечно?

— Да я покончу с собой до того, как это случится! — Элизабет вскочила на ноги, потянувшись за стоящей на пьедестале бронзовой статуей. — Слышишь меня?

— Если ты причинишь себе хоть малейший вред, я убью твою мать и брата.

Она застыла, задрожав от страха.

— Пожалуй, мне стоит прикончить одного из них уже сегодня, чтобы продемонстрировать, что я слов на ветер не бросаю, — обронил он, словно сделал замечание о погоде. — Может, хочешь, чтобы я передал им что-нибудь на словах?

Сознание Элли молило: «О, Боже, нет!» Тем не менее, она заставила себя усмехнуться:

— Валяй.