Сильвия несколько секунд стояла с раскрытым ртом, потом они с Рини рассмеялись.

– Ну, ты меня успокоила, – Сильвия обняла дочь и прижала к себе. – Ладно, беги за своим Брайеном.

Сильвия вышла из гаража. Кении с друзьями играл на газоне в футбол. Она с минуту наблюдала за ними, размышляя о предположении Марлы по поводу его сексуальной ориентации. Нет, Марла точно ненормальная! И еще придумала какую-то дурацкую ауру… Мальчики выглядели здоровыми, крепкими, увлеченными спортом, и Сильвия не находила ничего особенного в том, что они иногда хлопали друг друга по заду.

– Кении, можно тебя на минутку? – крикнула Сильвия сыну.

Кении оставил компанию и подбежал к матери. Он раскраснелся и запыхался.

– Мама, это важно? У нас на следующей неделе ответственная игра, и нам надо тренироваться.

– Еще успеете. Я просто хотела тебя обнять и сказать, что люблю тебя и скучаю. – Сильвия помолчала. – Скажи, пожалуйста, футбол действительно требует… непосредственных контактов?

Кении не понял намека и простодушно ответил:

– Не беспокойся, я играю осторожно. И знаешь… Только не говори никому, даже папе! – Он огляделся, понизил голос, и у Сильвии екнуло сердце, – Я иногда очень сильно скучаю по дому.

Сильвия улыбнулась сыну, который все еще продолжал оставаться ребенком, хотя уже успел перерасти отца. Она от всей души желала ему счастья и надеялась, что у него для этого больше шансов: ведь ему не надо доверять мужчинам. Пусть он верит девушке, которая будет его по-настоящему любить, но, если он посмеет изменить своей жене, она, Сильвия, устроит ему хорошую головомойку.

– Это самое приятное признание, какое мне приходилось слышать, – сказала Сильвия и погладила сына по руке. – И я рада, что ты привез с собой друзей.

– Они мне больше чем друзья, мама, – ответил Кении, и Сильвия вздрогнула. – Особенно Хью. Он для меня очень близкий человек, мы почти все время вместе. А ты, между прочим, отлично выглядишь! – Он окинул ее оценивающим взглядом. – Думаю, стоит съездить в город и купить тебе какие-нибудь крутые шмотки.

Сильвия была встревожена – не то чтобы она придавала этому такое уж значение, но все же… Ей хотелось расспросить его подробнее, но Кении уже убежал. Она пожала плечами, подумав, что в любом случае не перестанет любить его, и медленно пошла к своей машине: ее полчаса закончились.

Марла приняла душ, переоделась и вернулась на кухню, которая напоминала театр боевых действий. Все вокруг было завалено продуктами, заставлено посудой и кухонными принадлежностями. Был уже третий час дня, а дел меньше не становилось. Правда, она уже испекла пироги и почистила картошку, но птица еще даже не была поставлена в духовку. Марла выстроила их на противне, как ракеты перед запуском, и пыталась фаршировать. Но они были такие мелкие, и их было так много! А еще куда-то запропастился венчик и с ним вместе все мерные кружки. Как же она приготовит крем для торта? Волнение и напряжение сводили ее с ума, ступни ныли – особенно в области пальцев. Марла знала, что это говорит о нагрузке на сердце. Может быть, у нее сердечный приступ? Ведь ноги – лучший показатель состояния здоровья!

В полном отчаянии Марла стала звонить Сильвии, не в силах справиться с лавиной проблем.

Сильвия досматривала праздничное шоу и размышляла, не пора ли приступать к торжественному обеду в обществе телевизора. Когда зазвонил телефон, она живо схватила трубку, поскольку рада была поговорить с кем угодно, даже с мистером Брайтманом, только бы не чувствовать себя заживо замурованной в четырех стенах.