Уже начинало светать, когда Сильвия допила последнюю чашку кофе и оделась. Оставив записку Бобу, она села в машину и поехала по еще пустынным улицам.

Стояла золотая осень. В розовом свете раннего утра богатый наряд деревьев выглядел особенно эффектно. Сильвии нравился город, где она жила, и ей хотелось здесь остаться – но не в таком положении, как Розали. Сильвия хотела остаться на своих условиях.

Значит, надо уговорить Марлу, а для того чтобы заинтересовать ее, нужен какой-то стимул. Сильвия знала, что деньги ничего не решат. В этом ее мать ошибалась. Однако Сильвия не сомневалась, что найдет способ склонить Марлу на свою сторону.

Переехав мост Порт Вудленд, Сильвия хотела было зайти в кафе и купить себе булочку с глазурью, но вовремя вспомнила, что со сладким нужно подождать, пока ее план не будет выполнен. Она смотрела в окно машины на воду озера, и ей вдруг представилось, что она стоит на берегу Рубикона, который предстоит перейти.

– Марла, у меня есть к тебе предложение. Можно мне войти?

– Лучше не стоит. Мы друг друга только расстраиваем, – ответила девица.

– Неужели я тебя расстраиваю? – спросила как можно спокойнее Сильвия. – Чем же? Не могу себе представить.

Ее язвительность не достигла цели.

– У вас в роду есть Скорпионы? – нервно спросила Марла.

– Не имею представления, но могу выяснить, – притворно любезно пообещала Сильвия. – Впусти меня, вот увидишь: мое предложение тебя заинтересует.

Марла оказалась легковерной девицей и медленно открыла дверь, пропуская Сильвию.

Прежде чем Марла поняла, в чем суть предложения, Сильвии пришлось повторить свой план дважды. Может быть, сказывался ранний час, но, тем не менее, особой сообразительностью эта девица не отличалась.

– Это бред, – сказала она, щурясь от света, когда до нее, наконец, дошел смысл услышанного.

Сильвия явно подняла ее с постели: на ней была только короткая ночная рубашка и все те же огромные мохнатые тапки. Она слушала Сильвию, забравшись с ногами на диван, зевая и дотягиваясь, как кошка. А Сильвия, на одном дыхании объяснив свои намерения, молча стояла рядом и ждала ответа.

– Бред, – снова повторила Марла.

– Можешь считать это временной переменой работы, – заметила Сильвия. – Тебе не придется больше летать под небесами.

– Летать? – переспросила Марла и гут окончательно проснулась. – Ах, ну да… Только я не летала.

– Но ты же сама мне рассказывала, что ты стюардесса, – слегка удивилась Сильвия.

– Вообще-то, я была стюардессой. Почти. Меня приняли, я пошла на курсы, но потом… В общем, ничего не вышло. И сейчас я занимаюсь более важным делом. – Она гордо вскинула голову.

Сильвию восхищала свежесть ее кожи, блеск волос и легкость, с которой ложь срывалась с ее губ. Поразительная женщина! Она просто притягивала к себе взгляд. Сильвии казалось, что она смотрит старую видеозапись, где снята она сама. Неужели какой-то десяток лет так много у нее отнял?

– Чем же ты занимаешься? Я имею в виду работу.

Марла разглядывала кружева дешевой рубашки.

– Я профессиональный рефлексолог! У меня есть государственная лицензия, – поспешно добавила она. – Это очень эффективный метод. Я не буду сейчас доказывать его пользу, но если вы заинтересуетесь…

– А, это такой массаж пальцев? – уточнила Сильвия.

Ей стало ясно, откуда у Боба такие ухоженные ногти. Она попыталась представить себе, как можно с утра до вечера тереть чужие ступни. Это, пожалуй, хуже, чем заниматься гигиеной рта.