Марла умолкла – и очень вовремя: Сильвия уже подумывала, как бы изловчиться и все же придушить ее. Интересно, задумывается ли эта женщина вообще над тем, что делает и говорит? И что-то уж очень часто она лжет.

– Какая мать? Помню, ты говорила, что она оставила тебя на коленях у Санта-Клауса.

– Ах да… – На секунду на лице Марлы отразилась растерянность, но она нашлась моментально: – Она меня действительно оставила ненадолго, а потом вернулась. Санта-Клаус даже не успел вызвать охрану.

– Я что-то совсем ничего не поняла, – призналась Сильвия; голова у нее кружилась.

– А мне каково было! – живо откликнулась Марла. – Но ты действительно какая-то бледная. Лучше тебе отдохнуть. А вот и сестра.

Вошла женщина в зеленом халате с подносом, уставленным флаконами с какими-то лекарствами.

– Что это за запах? – недовольно спросила она и посмотрела на Сильвию, как будто это была ее вина. – Лучше вашей дочери выйти, я приведу вас в порядок.

Сильвия застонала от досады, и Марла поторопилась исчезнуть из ее поля зрения.

Сильвия сидела в кресле, а Марла расхаживала по комнате, в то время как доктор Хинкель снимал последние бинты.

– Во избежание разочарований должен предупредить: нужно некоторое время, чтобы опухоль спала, – объяснил он.

– Я ей говорила, что очень полезна ароматерапия, а она не послушалась! – вмешалась Марла.

– Чтобы восстановился естественный цвет кожи, тоже должен пройти какой-то срок, – доктор не обратил внимания на замечание Марлы. – Имейте в виду: то, что вы увидите сейчас, это промежуточная стадия, – заверил он Сильвию, которая настолько нервничала, что предпочла бы отложить этот ответственный момент хотя бы еще на пару дней.

– А мне плохо не станет? – забеспокоилась Марла. – Я совершенно не могу выносить вида крови, а тут увидеть лицо все в швах…

– У вас чуткая сестричка, – сухо заметил доктор, снимая последнюю повязку.

Он легонько коснулся щеки Сильвии, и некоторое время внимательно рассматривал ее лицо. Сильвия затаила дыхание.

– Ну что ж, получилось неплохо, – удовлетворенно кивнул доктор. – Припухлость очень незначительная.

– Он врет, требуй деньги обратно! – безапелляционно заявила Марла. – Твоя физиономия похожа на кусок сырой говядины.

Доктор подал Сильвии зеркало, но она отвернулась.

– Я не хочу смотреть, если все действительно выглядит так ужасно, – прошептала она.

– Присутствие сестры может повредить лечению, – нахмурился доктор. – Вы, кажется, живете в пансионате при клинике? – обратился он к Марле. – Думаю, будет лучше, если вы уедете домой.

О нет, доктор, – поспешно сказала Сильвия. – Мне совершенно необходимо общество сестры. Просто она иногда бывает излишне… впечатлительной.

И она мужественно посмотрела в зеркало.

Через два дня опухоль на лице Сильвии значительно спала. Кровоподтеки посветлели и из фиолетовых сделались синими. Она уже могла вставать и выходить. Сначала Сильвия смущалась и чувствовала себя неловко с подобием марлевого капюшона на голове. Но она встречала женщин, выглядевших еще более причудливо. У некоторых пластиковые щитки прикрывали нос, им делали ринопластику, а были и такие, чьи лица казались в отличной форме, но предательская неподвижность выдавала операцию по удалению жира.