– Бросьте оружие, полиция! – потребовал сотрудник правоохранительных органов. – Вы арестованы!

Игорь послушно опустил мой револьвер на палубу. Я оружие из рук не выпускала.

– Добрый вечер, – проговорила я. – Евгения Охотникова, телохранитель. Мы задержали преступника, он в настоящий момент связан, но представляет опасность. Обвиняется в похищении девушки, неоднократном покушении на убийство… Лучше пройдите к нам на борт, я ранена, преступник, впрочем, тоже. Подозреваю, Авдеев – не настоящая его фамилия…

Катер приблизился к нам вплотную, трое вооруженных полицейских перепрыгнули на борт нашего судна. Я объяснила, что произошло, показала свои документы. Записать показания Авдеева я не смогла, ввиду своего состояния. Но я недооценила Игоря – парень оказался расторопным, он незаметно включил запись на своем смартфоне, и теперь у полиции имелись доказательства вины Михаила. Авдеева арестовали, нам велели перейти на катер полиции. Я обрадовалась, что мне не придется самой управлять арендованным катером, так как повторить свои подвиги с раной в плече мне было непросто. Полицейские сказали, что катера, которые арендовали я и Авдеев, будут доставлены к берегу сотрудниками полиции. Нас доставили к причалу.

К счастью, мне удалось избежать административного наказания за управление катером без соответствующих документов, так как я действовала в интересах лица, которого охраняю. Михаила доставили в полицейский участок, меня и Снежану – в больницу. Игорь, естественно, поехал вместе с нами.

Моя рана оказалась несерьезной, врач сказал, что функции руки в скором времени восстановятся, если, конечно, я буду придерживаться рекомендаций доктора. Мне перевязали рану, держать в больнице не стали. Здоровью Снежаны тоже ничего не угрожало – девушка пришла в себя, ей промыли желудок, чтобы избежать последствий отравления сильнодействующим снотворным. Игорь вызвал такси, мы вернулись в гостиницу.

Все это время я не переставала думать об Анжеле и размышлять, где она могла находиться. Я связалась с полицией Тарасова, сообщила, что Селиверстова была похищена. Как оказалось, настоящая фамилия Михаила Авдеева – Ткачев, и, как я узнала из базы данных, в прошлом мужчина был киллером. В свое время Вадим Ерошеев, заклятый друг Владимира Соловьева, помог Ткачеву избежать наказания, и с тех пор Михаил стал правой рукой Ерошеева. Я сообщила эту информацию тарасовской полиции, надеясь, что Ерошеев мог знать, где находится Анжела Селиверстова. Однако пока установить, где находится девушка, полицейским не удалось.

После всего случившегося Снежана заявила, что не хочет оставаться в Адлере, и попросила Игоря купить билеты на поезд. Но так как все места и в купе, и в плацкарт были распроданы, Соловьев предложил девушке воспользоваться услугами авиакомпании. К моему удивлению, Дубровина не стала возражать. Мы приобрели три билета – естественно, я тоже покидала Адлер, больше мне здесь делать было нечего, и уже на следующий день были в Тарасове. К слову сказать, Алексей Петренко, которого я сперва подозревала, и в самом деле был микробиологом. Телефонный разговор, который я ненароком подслушала, был об образцах, которые умудрился загубить бестолковый лаборант в фармакологической компании, где работал ученый. Администратор гостиницы дождалась полицию и «Скорую помощь», Петренко доставили в больницу и оказали ему медицинскую помощь. К счастью, мужчина отделался легким сотрясением мозга.

Свою работу – работу телохранителя Снежаны Дубровиной – я выполнила, но дело было еще не закончено. Я пробила информацию по Михаилу Ткачеву, и наконец-то у меня появилась идея, где может находиться Анжела. Несмотря на то что после ранения мое состояние оставляло желать лучшего, я вызвала такси (управлять машиной с травмированной рукой было сложно) и отправилась на старое кладбище Зареченского района.