Четыре рейса подряд они потихоньку возвращали себе утерянную при атаке часть мега-сиура, которую раньше контролировали. Конечно, вернуть зоне контроля бывшие границы и восстановить свой экстерриториальный участок сети в прежнем виде не получится, но вот набрать соответствующий статусу объем зоны контроля – просто необходимо. Возможно, даже больший объем. Потому, что если этого не сделать – пойдет дисбаланс по мега-сиуру. Такую зону, как держат они, сумеют удержать еще экипажей восемь. И всё. Больше никто…

…Лину досталось в этом рейсе так, что они еле вышли. Скорее, выползли. Вывалились. На вторые сутки Пятый пришел проведать друга – и чуть чувств не лишился, увидев, что с тем творится. Рыжий в этом рейсе отыгрывал, как обычно, партии Маджента, они еще до рейса разработали новую комбинацию – забавную такую ловушку для Блэки, да не одну. Хорошую, действенную ловушку. Имитацию внутреннего конфликта. И на этой имитации вернули в систему почти десять тысяч миров, которые доселе считались потерянными. Раньше эти миры принадлежали как Индиго, так и Маджента, но ни Лин, ни Пятый не видели в перестановке ничего криминального. В конце концов, когда Индиго отвоевывали у Блэки какой-то мир и включали его в свою схему, Сэфес не возражали. Зачем?.. Тем более – при перемене потенциала… да еще с учетом реакции…

Лин в течение нескольких дней не мог не то, чтобы ходить – голову повернуть, от слабости. Конечно, восстанавливаются Сэфес быстро, для человека встать на ноги после такого нереально и за полгода. Но всё равно – четверо суток Лин провалялся в лежку. Отпуск, кстати, в этот раз экипажу был положен не самый маленький. Два с половиной месяца. Между прежними рейсами они отдыхали от месяца до полутора. По состоянию. А до реакции Блэки отпуск был полгода…

Сейчас длительность отпуска устанавливали Встречающие, совместно с самими Сэфес. Сэфес, увы, рвались работать. Через все «нельзя» и «плохо». Многие Встречающие шли у экипажей на поводу, но в этот раз Рино с Гаспаром едва не выдвинули обвинение против Тон и Ренни. За негуманное отношение к экипажу. Самим же экипажем спровоцированное. Едва живого Лина оставили на попечение Встречающих, а Пятый, как менее пострадавший, потащился на вторые сутки после рейса выполнять старые обещания, а заодно «захватить детей, которые удрали, не спросившись».

Зря он в это всё ввязался. Ой, зря… Не нужно было…

– Ты пока что лежи, – попросил Пятый Лина. – Ладно? Я туда сам схожу. Отдохни до завтра.

– Пока мы пытались ловили Блэки, она ловила нас, – удрученно заметил Лин, кутаясь в одеяло. – И таки поймала. Тебе так не кажется?

– Кажется, – печально ответил Пятый. – Спи.

Оба отлично знали, чем для них чревато то, что сейчас происходило.

И понимали – избежать этого теперь не удастся.

***

Таори Френо покинул Эорн два месяца назад. Мало того, покинул не один.

Мир, экспансированный Маджента-зоной и подключенный к Транспортной Сети, никто, конечно, не закрывал. Это не резервация, жители этого мира – полноправны, права их святы, решения, которые они принимают – исключительно их прерогатива.

Таори и двадцать бывших Серых Птиц никто не посмел задерживать.

И они ушли. Ушли после того, как Ниамири Керр провела с ними всего два вечера – показывая и рассказывая.

Рауль и присоединившийся к нему Пятый слушали, что говорила Таэни, и чувствовали, как в их душах поднимается если не отчаяние, то что-то очень на него похожее.

Керр не просто разговаривала с Птицами и их предводителем. Она не солгала молодым бунтарям ни единого слова.