Джеми отложил статью и уклончиво улыбнулся.

– Может быть, – сказал он. – Давай‑ка спустимся к обеду и посмотрим, какой кулинарный шедевр состряпал для нас Байкер.

– А фотография, Джеми?..

– Я сказал тебе, что столкнулся сегодня с Расселом? Он получил обещанный грант и с понедельника начинает репетировать. Знаешь, я подумал, не учредить ли грант Тэмсонов, и…

Сара топнула ногой:

– Отдай фотографию!

– Да нет у меня никакой фотографии.

– Ты?..

Джеми усмехнулся:

– Но я хотел бы ее иметь. Ведь мы долго еще ничего подобного не увидим. Сколько времени ты ходила потом, замотав голову шарфом?

– У‑ух! – Сара потеряла дар речи.

Джеми попытался сделать покаянную мину.

– Спокойней, спокойней! – пробормотал Джеми.

– Больше я с тобой не разговариваю, – заявила Сара и в гневе вылетела из комнаты, но через некоторое время, спускаясь в кухню, они решили после обеда урегулировать свои разногласия за игрой в го.

Сара и Джеми застали Байкера в кухне, он возился у плиты, помешивая что‑то на сковородке, отчего по кухне распространялся пряный аромат. Салли Тиммонс – художница из Огайо – накрывала на стол. Сара подавила усмешку – уж очень нелепо выглядел Байкер у плиты. В башмаках его рост составлял шесть футов два дюйма, на нем были выцветшие джинсы в жирных пятнах, футболка с надписью «Харли Дэвидсон», обтягивающая могучие плечи, в левом ухе красовалась серьга, небритый подбородок зарос трехдневной щетиной, а длинные черные волосы были заплетены сзади в косичку. В отличие от него Салли была маленькая, почти как Сара. У нее были каштановые волосы до плеч, челка до самых бровей, лицо сердечком и глаза – затуманенные и мечтательные. По мнению Сары, такими и должны быть глаза художника. На ситцевое платье Салли накинула не совсем белый рабочий халат.

– Хотите пива из холодильника? – спросил Байкер через плечо. Он еще поколдовал над своим гамбургером под горячим соусом и поставил его на стол.

– Конечно хотим, – ответила Сара. – А сок есть?

– Ананасовый. На второй полке за яблоками.

Затем подошли Фред и Сэм и все сели за обед, состоящий из мексиканских лепешек тако и зеленого салата. Лепешки были коньком Байкера, он научился их готовить, когда в семидесятых жил на границе с Мексикой. Мясную начинку этих маисовых лепешек он сдобрил таким количеством пряностей, что помимо сока и пива обедавшие прикончили еще целый кувшин ледяной воды. Джеми, как всегда, утверждал, что у него до конца жизни останутся рубцы в горле, но все сошлись на том, что обед удался на славу.

Потом Сара мыла посуду – наступила ее очередь. После этого они с Джеми играли в го. У Сары были белые шашки, у Джеми – черные. Игра продолжалась почти три часа и закончилась тем, что Сара загнала Джеми в такое положение, в каком ему оставалось только сдаваться: атаковать он уже не мог.

– В следующий раз я потребую форы, – сказал он, и Сара рассмеялась.

Фред и Сэм разошлись по своим комнатам, а Салли и Байкер, пока шла игра в го, смотрели по телевизору старый фильм с Бет Дэвис. Игра и фильм закончились почти одновременно. Салли ушла в их с Байкером комнату, Джеми удалился к себе в кабинет, а Сара вместе с Байкером совершила обход Дома. Добровольно взяв на себя обязанности главного охранника – в чем не было никакой необходимости, просто ему это нравилось, – Байкер относился к своей работе с крайней серьезностью. Каждый вечер, перед тем как ложиться спать, он обходил Дом, чтобы проверить, все ли в порядке.

– Ограбить такой дом легче легкого, – сказал он Саре.