Изменить размер шрифта - +
Мысленно они уже приготовились к тому, что должны будут встретиться с врагом Хенгуэра, ставшего теперь и их врагом. Сейчас, когда они сидели все вместе, им легче было смириться с тем, что ирреальная опасность вдруг стала реальной. Вот позже, когда они разойдутся и одни постараются заснуть, а другие начнут расхаживать по длинным пустым коридорам, – вот тогда каждому из них придется туго.

Они оказались в ситуации, к которой нельзя было применять логические решения, в ситуации, для которой жизненный опыт каждого из них ничего не значил. Они не знали правил этой новой игры, если, конечно, такие правила вообще существуют.

 

– Ну что? – спросил Шевье, сойдясь с Гэнноном и Мерсье в парадном холле.

– Шел бы ты спать, – ответил Гэннон. – Тебе же досталась вахта на рассвете.

– Ну да, это ясно. – Шевье забросил в рот жвачку. – Но я не о том, Фил. Что будем делать?

– Будем играть с ними в одной команде… Что нам еще остается? Положение у нас безвыходное.

– А что скажет Уолтерс?

Гэннон пожал плечами:

– Об этом будем беспокоиться, когда и если вернемся обратно. Ну а если вернемся, схватим этого Хенгуэра и дадим деру.

– Такера оставьте мне, – заявил Мерсье.

– Да? А с чего это ты на него так взъелся?

– Ну хотя бы за то, что он угробил Сержа.

Гэннон кивнул. Он не забыл, как сам разъярился на Байкера тогда в холле, за минуту до того, как Сержа убили. Его приводило в бешенство, что непрофессионал так легко обошел его.

– Ладно, – согласился он, – уступаю тебе инспектора. А я займусь этим Байкером. – Он осклабился. – Ну а ты, Майк? Кого бы ты предпочел?

– Понимаю, что ты решил не оставлять свидетелей, – прохрипел Шевье. – А раз так, то их на всех нас хватит. Что останется, будет мое.

– Зря мы согласились ждать, – сказал Мерсье. – Они ведь считают, что до возвращения в Оттаву мы пальцем их не тронем.

– Это точно, – согласился Шевье.

– Нет, будем ждать, – отрезал Гэннон. – Чую я, что пока мы отсюда не выберемся, нам потребуется каждый умеющий стрелять.

 

– Как я жалею, что ты за мной приехала, – сказал Такер Мэгги, которая вместе с ним совершала обход южного крыла Дома.

– Иногда я просто ненавижу тебя за эту твою установку: «Опекать беззащитных женщин». Ты это чувствуешь?

– М‑м…

– М‑м… – передразнила его Мэгги и вздохнула. – Но сейчас дело не в этом. Я тогда не стала звонить тебе просто потому, что знала, как ты мне ответишь: скажешь, чтобы я ехала домой и ждала там.

– Понимаю. На твоем месте и я бы так поступил.

– Мое место было бы тебе слишком тесно, Такер!

Впервые за эти долгие часы инспектор улыбнулся и, обняв Мэгги, притянул ее к себе.

– Я полагала, что мы занимаемся патрулированием, – сказала, прижимаясь к нему, Мэгги.

– А как же! Одно другому не мешает. Такая работа!

– Вот как? Жаль, я не пошла служить в полицию.

– Да? А как же ты разыгрывала бы тогда роль Перри Мейсона? [36]

 

Впервые за долгое время оставшись один, Джеми ходил взад и вперед по кабинету, то и дело бросая взгляд на пустой экран компьютера. В нем таилось решение их проблемы. Он был в этом уверен. Ведь в компьютере много лет хранилась программа Тома. Что еще заложил Том в память машины? И какой код доступа открывает его программу? Наверняка какой‑то простой.

Быстрый переход