У бармена подступило к горлу все содержимое желудка, он отвернулся, и его вырвало.

Издали слышался резкий вой приближающихся сирен.

23.15, вечер среды.

Такер сидел у себя в кабинете, освещенном лишь настольной лампой. Комната тонула в темноте. Такер читал и перечитывал показания бармена:

«Раздался шум… типа барабанного боя. Он шел отовсюду. И вдруг эти… я не знаю… Ну, силуэты. Расплывчатые очертания заполонили все вокруг. Потом… констебль встал и вытащил револьвер. Я тогда не знал, что он коп…»

Такер откинулся на спинку стула и устало потер глаза. Расплывчатые очертания. Что, черт возьми, это означает? И уж если на то пошло, какого дьявола Томпсон вытащил револьвер в переполненном ресторане? Такер снова углубился в показания.

«Потом он во что‑то превратился, ну, как Лон Чейни [4] в фильме «Человек‑волк», понимаете? Клянусь! Никогда ничего подобного не видел!»

Такер сам беседовал с барменом и помнил, каким испуганным и потрясенным было его лицо. Его звали Тимоти Драйвер. Тридцать шесть лет. Женат. Имеет ребенка. Работает в ресторане «Патти Плейс» четырнадцать месяцев. Никакого криминального прошлого. Никаких данных о психических заболеваниях. Обычный парень. Не из тех, кто мог бы выдумать такую поганую историю.

Такер вздохнул. У него было еще двадцать с чем‑то свидетелей, подтверждающих показания Драйвера. Не говоря уже о самом ресторане. Он был разгромлен полностью. И не говоря о трупе Томпсона. Господи! Он выглядел так, словно кто‑то поработал над ним паяльной лампой.

«Он рычал, точно зверь, – продолжал Такер читать показания Драйвера. – Потом напал на этого парня в дверях». Драйвер опознал Фоя по одной из фотографий, которые были в досье. «Вот этот парень, в него‑то и целился полицейский, понимаете? Коп закричал и кинулся к нему. В жизни ничего подобного не видел. А тот парень просто ждал, вытянув руки. А когда этот… ну как, черт возьми, как его назвать… Ну, это чудовище подошло к парню, говорю вам, у того сразу зажглись руки. А я пулей вылетел из дверей…»

«Ну все‑таки с чем же мы имеем дело?» – подумал Такер.

Постукивая костяшками пальцев друг о друга, он размышлял. «Факты. У нас двадцать три свидетеля, их показания подтверждают слова Драйвера. Факты… Томпсон следил за Сарой Кенделл. Видимо, там она ждала встречи с Фоем. (Ну погоди, девушка! Я до тебя доберусь! Ведь клялась, что ничего не знает…) Факты. Томпсон вытащил револьвер и превратился в волка‑оборотня. Фой уничтожил его… каким образом? А потом и он, и эта Кенделл растворились. Фактами это не назовешь. С того момента, как Томпсон достал свою пушку, все стало каким‑то сюрреалистичным, и кроме того, куда подевались Кенделл и Фой?»

«Из ресторана они не выходили, – свидетельствовал потом Драйвер. – Могу в этом поклясться. Оттуда, где я стоял, мне видны были вход в ресторан и боковая дверь, могу поручиться: ниоткуда они не выходили. Я первым вошел внутрь, когда все кончилось, а кончилось‑то через несколько минут после того, как началось. Они исчезли. Понять ничего не могу. Этот Фой сильно ранен. Уйти далеко он не мог. И быстро ходить тоже».

Так, значит, Фой был ранен. К тому времени, когда Такер приехал на место преступления, какие бы то ни было следы того, что Томпсон превратился в чудовище, уже отсутствовали. Полагаться приходилось только на показания свидетелей. Кто может подтвердить, что Фой действительно был ранен? Кто докажет, что все так и происходило на самом деле? После опроса нескольких очевидцев Такер поговорил с Хогом. Хог был так же сбит с толку, как все остальные. Он определил случившееся как своего рода массовую галлюцинацию.

– Это как свидетельства об НЛО, – объяснил Хог.