Своей колкостью она добилась того, чего не смогла бы сделать сотней заверений в невиновности: успокоила его тревогу и позабавила.

– Вы всегда так прямолинейны?

– Когда могу, – странным тоном произнесла она. – Когда Бог наделял людей сдержанностью, мне досталась роль сказительницы.

Куклы, подумал он, но больше времени для шуток у них не было, так как преследователи приближались. Меган снова пошла впереди, но споткнулась и упала бы, если бы он не подхватил ее.

– Вашей ноге хуже. Не спорьте, – сказал он в ответ на ее слабые протесты. – Вы показывайте дорогу, а остальное предоставьте мне. – Он обнял ее левой рукой и приподнял, крепко прижав к себе.

Какой он сильный, подумала Меган. Ее ноги едва касались земли. Он почти бежал в темноте, останавливаясь, лишь когда она шепотом указывала направление или чтобы проверить, нет ли кого-нибудь на улице, прежде чем ринуться туда. Всполохи грозы четко вырисовывали его лицо, словно высеченное из камня, беспощадное и решительное. В его руках она чувствовала себя в безопасности и знала, что они уцелеют, хотя слышала крики людей, преследовавших их, как собаки зайцев.

От возбуждения сердце у нее прыгало в такт его шагам. Они были как бы одним существом, она и этот темноволосый незнакомец, который скоро станет ее мужем. Мчась по деревне впереди преследователей, она чувствовала себя бодрой, свободной и необузданной, как пахнущий дождем ветер, бивший ей в глаза и развевавший волосы.

Меган знала, что и он чувствует то же самое. Их стремительный бег закончился в темном закоулке напротив дома Лэнга Горди. Тяжело дыша от напряжения и все еще обнимая ее, Росс хрипло произнес:

– А вы девушка что надо.

Его лицо было в тени, но она разглядела белозубую улыбку, смелую и безрассудную, как и их бег в ночи.

Сердце Меган сильно колотилось и ныло. Ей показалось, что она чувствует рукой ответный отклик сквозь кольчугу, закрывавшую его широкую грудь.

– И вы ничего себе, милорд, – ответила она. А сердце пело: «Я люблю тебя».

Он словно услыхал это, так как улыбка вдруг исчезла, и она испугалась, что он отодвинется от нее. Но вместо этого его рука, обнимавшая ее за талию, переместилась вверх. Сквозь шерсть платья он водил ладонью по ее позвоночнику, отчего у нее покалывало кожу. И тут же раздался удар грома, а молния располосовала небо. В ее ярком свете Меган подняла лицо кверху и внимательно вгляделась в другое, так близко находившееся лицо, с туго натянутой кожей, с потемневшими голубыми глазами, которые поражали своей таинственностью и зачаровывали.

– Мег, – тихо и горячо прошептал он всего лишь одно слово, но оно, как и замерший вокруг воздух, впитало в себя огромное желание и страсть под стать ее собственным.

– Да. – Ее голос прозвучал болезненным вздохом. Она жаждала его прикосновения и поцелуя.

Теплое дыхание обдало ее кожу, словно предвосхищая поцелуй, и тут же его рот закрыл ей губы.

Это был ее первый в жизни поцелуй, и он оказался именно таким, о каком она мечтала, и даже лучше. Его губы, твердые и теплые, нежно прижимались к ее губам, разнося по всему телу огонь. Слегка застонав от удовольствия, она привстала на цыпочки и обняла ладонями его лицо, притягивая его поближе к себе. Ответный громкий вздох сотряс его тело, и она получила то, чего так желала: поцелуй стал более настойчив и глубок, Росс разжал ей губы кончиком языка, а она восприняла это с радостью, упиваясь трепетом, прокатившимся по его телу. Ей необходимы были эти ощущения, и она забыла обо всем, кроме дикого натиска чувств.