– Я тебе этого не позволю, – заявила Джулиана и, приподнявшись на цыпочки, поцеловала его в губы.

Их руки сплелись, тела пылко приникли друг к другу, и вспыхнувшая страсть разгоралась все сильнее и сильнее. А вокруг сгущались сумерки, которые плыли над горами, холмами и долинами «Огненной горы», над старым домом, являвшимся центром этого восхитительного пейзажа, и окрашивали их в сиренево-серые тона…

Когда наступило утро, яркое и свежее, на дубовом бюро возле окна Джулиана увидела перевязанную розовыми и голубыми лентами коробку, которую не заметила вчера.

– Это от Уэйда и Томми, – сообщила она Коулу, прочитав карточку.

– Вчера я видел, как Уэйд принес ее сюда, но забыл о ней, – рассеянно проговорил Коул, любуясь своей очаровательной женой, единственным одеянием которой был солнечный свет.

– Что они задумали? – пробормотала Джулиана, тщетно пытаясь развязать ленты. Коул без труда разорвал их и снял оберточную бумагу.

Открыв коробку, Джулиана смущенно ахнула.

– Детская одежда, – объявила она и начала вынимать крохотные ночные рубашечки, ботиночки, шапочки, одеяльца. – Ну разве они не прелестны? Ну и озорники эти мальчишки! Мы женаты всего один день…

– Строить планы на будущее не вредно, – солидно заметил ее муж и с улыбкой посмотрел на детские вещи. Их вид вызвал у него теплое чувство, оказавшееся созвучным тому, которое он испытывал, глядя на обнаженное тело и распущенные волосы Джулианы. – Думаю, нам подали отличную идею, – медленно произнес Коул и, заключив жену в объятия, с наслаждением вдохнул аромат ее волос. – Дом большой, и надо постараться заселить все комнаты. Мне не терпится начать. Что касается исполнения супружеских обязанностей, то лучшего времени не найти, я всегда это говорил…

– Что-то не помню, чтобы ты это говорил… – пробормотала Джулиана.

Он слегка шлепнул ее.

– Я же никогда прежде не был женат.

Их поцелуй был долгим и жарким.

– А теперь я женат, – добавил Коул, перебирая пальцами ее волосы. – Совсем женат. И у меня есть куча детской одежды. Но нет малыша, который носил бы ее. Нельзя же, чтобы она пропадала…

То, что он делал с Джулианой своими руками и губами, заставляло ее задыхаться от восторга.

– Нельзя, – еле слышно согласилась она, прижимаясь к нему. Радость, желание, страсть, любовь – все эти чувства нахлынули на нее. – Нам больше ничего не остается, – прошептала она и, закрыв глаза, отдалась приятным ощущениям.

Вопросительно подняв брови, Коул вгляделся в ее разрумянившееся лицо.

– «Приди ко мне и стань моей любовью», – с улыбкой повторила она слова, которые Коул сказал ей вчера. Сегодня они обрели для нее новый, восхитительный смысл.

– Звучит чертовски хорошо.

Крепко прижав к себе Джулиану, Коул нежно ласкал ее, отдавая ей всю свою любовь. В этот чистый и ясный день оба знали, что они действительно счастливы, став единым существом. Только через это смертные мужчина и женщина способны понять, что такое рай.

Они любили друг друга под ярким солнцем – и прикоснулись к звездам.