Совсем неплохо. Ладно, вру! Там было все очень даже хорошо! Если судить по десятибалльной шкале, то твердая девятка. Почему не десятка? Да потому что это Эванарт! И максимальную оценку мне элементарно не давала поставить моя вредность! Жирно ему будет!
А может, и нет. Повидавшая за свою жизнь немало голых и полуголых наемников (только без особой пошлости, ибо многие такие моменты были связаны исключительно с работой), мне определенно было с чем сравнивать. Взять того же Этнара. По сравнению с Эваном он все же проигрывал. Не смотря на свою блондинистость, кожа у моего врага была не белая, а чуть-чуть смугловатая. Находись он на солнце немного дольше привычного, уверена, шикарный загар был бы ему обеспечен. Широкие плечи и мощная грудная клетка плавно сужались книзу через шикарно прокачанный до кубов пресс к узким бедрам и длинным сильным ногам. Хорошо натренированные руки бугрились рельефно выпирающими мышцами и заметными вдоль них венами. И даже шрамы, коими были так щедро располосованы лицо, плечи и грудь мужчины, его совсем не портили. Наоборот, придавали ему еще больше мужественности, кого-то особо магнетизма и, безусловно, силы. Кстати, нужно будет потом обязательно выпытать у Декса, откуда вообще взялись эти ровные, словно от одного удара когтистой лапы, отметины у младшего сына Императора.
В целом, путешествие на Гонце уже не казалось мне таким ужасным, как в самом начале, а ожидавшее меня вознаграждение все время маячило перед глазами, заставляя строить планы и недоумевать, чего так опасался Актрос, когда нанимал меня на работу. Ведь сразу было понятно, команда корабля никакой угрозы для жизни его сына не представляет, а с обстрелом извне мне точно не справиться.
Вот в таком легком недоумении я и пребывала ровно до того момента, пока не случилось событие, полностью изменившее мое представление об опасности, нависшей над Эванартом.
Было еще совсем раннее утро, когда я проснулась на своем законном месте в каюте капитана и сладко потянулась. Мой подопечный крепко спал, вытянувшись вдоль кровати, и слегка посапывал, обнимая подушку. Дрыхнуть он, кстати, тоже предпочитал без одежды, поэтому я смело могла поваляться где-то еще с полчаса до его пробуждения и спокойно позыркать на открывшуюся мне картину. Нет, не то чтобы я была какой-то там озабоченной, повернутой на теме секса, и даже совсем не запала на этого мерзкого типа! Просто эстетическую сторону моих предпочтений еще никто не отменял. А так как смотреть здесь больше было не на кого, выбирать не приходилось.
С кухни доносились привычные звуки, сообщившие, что Омин уже давно встал и сейчас творит на завтрак всей команде (в том числе и мне) что-нибудь питательное, а главное вкусное. Остальные, видимо, все еще спали, так как непривычная тишина в остальных отсеках корабля сейчас стояла просто оглушительная. Слегка прищурив глаза, я с удовольствие ловила последние мгновения спокойствия и умиротворения, которые скоро будут так безжалостно разрушены, когда в носу кольнул какой-то смутно знакомый запах.
Скверный запах. И чем дольше я продолжала разлеживаться, тем сильнее он становился, так и, призывая найти его источник. Бросив еще один взгляд в сторону кровати Эванарта, осторожно вышла из каюты и двинулась в сторону кухни. Повар Гонца стоял ко мне спиной и, профессионально взбивая яйца в большой прозрачной миске, что-то мурлыкал себе под нос. На столе расположились многочисленные коробки, банки, и несколько глубоких тарелок с размороженными овощами. Странно, на первый взгляд ничего нового не обнаружено, а запах с моим приходом в этот отсек усилился в сто крат и теперь заставлял невольно морщить нос от такого бесцеремонного вторжения.
- Привет, Ведьмочка, - искренне улыбнулся мне Омин, завидев сбоку от себя. – Мяса?
Есть мне сейчас не хотелось, поэтому резко вильнув хвостом, отошла от мужчины и принялась усиленно принюхиваться, пытаясь распознать источник недоступной его обонянию заразы. Облазив под вопросительным взглядом Омина всю кухню вдоль и поперек, я так ничего не обнаружила! Ткарн! Но ведь я же чувствую здесь что-то постороннее!
- А ты не видел Вед…
Появился в проеме обеспокоенный Эван в одних трусах. |