— Не так-то безопасно спустить одного из наших. Такой случай всех взбудораживает, а у нас у всех слишком много источников внутренней информации. Мы, в сущности, своего рода копы. “Новости” всегда там, где всякого рода неприятности, и значит, газетчики тоже там сейчас все заняты этим делом и то и дело выясняют всякие мелочи, о которых копы даже не слышали.

— Какие же?

— Митч был слишком опытен, чтобы не вести ежедневные записи. Бобби Дейл раскопал среди его личных вещей в конторе дневник. Единственное горячее дело, за которым он охотился, была связь между Постон и Делани. Он исписал своими соображениями целую страницу по этому поводу, включая и просьбу Пата Чамберса, переданную через тебя, насчет того, чтобы он отложил на время это дело.

— Не вини Пата за это.

— Я не виню. Все равно его просьба не остановила Митча. Он рыскал по всем магазинам, которые только обнаружил, разыскивая, где продавались неглиже вроде тех, которые были на девчонках, и истратил более трехсот баксов, делая покупки в разных универмагах. В тот же день, когда его убили, в контору стали приходить пакеты.

— И что же?

— Он нашел что-то такое, что его погубило. В тот день, когда его зарезали, он был чем-то очень взволнован и провел целый час в нашем справочном бюро, просматривая фотографии. Он не взял оттуда ничего, иначе это было бы зарегистрировано, и служащий даже не знает, в каком отделе Митч работал, просто не заметил этого, так что эти сведения нам ничего не дают.

— Какую-нибудь запись об этом он сделал?

— Нет. Либо все произошло очень быстро, либо он был очень возбужден.

— Странно, это не в его духе.

— Знаю. Дейл говорит, что у Митча были какие-то записи, с которыми он не расставался. Он всегда носил их при себе.

— Но ведь на теле ничего не нашли.

— Но это не значит, что у него ничего не было. Он ведь умер в таком положении, как если бы тянулся к пиджаку. Ему удалось схватить всего лишь платок, но вполне вероятно, что он пытался спасти свои бумаги. Тот, кто его убил, просто подобрал их и скрылся.

— Но ведь убийца не мог быть уверен, что у него нет копий, — напомнил я.

— У убийцы был единственный шанс, и он воспользовался им. И не прогадал. Однако сейчас все идут по следам Митча, и рано или поздно что-нибудь всплывет. Нам уже удалось выяснить, что Темпл четыре раза звонил Норману Харрисону, политическому обозревателю той же газеты. Нормана не было дома, и Митч просил передать, чтобы Харрисон обязательно позвонил ему, но умер, так и не дождавшись звонка. Обычно Митч и Норман встречались крайне редко, так что это была весьма странная просьба.

Я собрался что-то сказать, но Гай сделал жест рукой.

— Подожди, это еще не все. В тот же день, когда Митч рылся в картотеке справочного отдела, он послал записку с посыльным человеку по имени Миллер. Это инженер “Перикон Кемиклз”, работает в их египетском филиале в Каире. Мы связались с ним и узнали, что Митч хотел повидать его по какому-то важному делу, но Миллер в тот день как раз уезжал в Египет и не нашел времени для встречи. Миллер говорит, что не имеет представления, зачем он понадобился Митчу. Их отношения были самыми обычными... Вместе служили в армии, потом случайно встретились, и Митч написал рецензию на пару книг, которые Миллер написал о своем пребывании на Ближнем Востоке.

— Что-нибудь интересное?

— Я взял эти книги в библиотеке и просмотрел их. Одна из них художественная, приключенческая, другая — пособие технического характера. Продавались не слишком хорошо. Но ни в одной из них нет ничего, что могло бы подойти к нашему делу.

— Как давно он их написал?

— Около десяти лет назад.