— Нашли то, что вам нужно, сэр?

Я не ответил, а спросил его:

— Кто секретарь мистера Гейтса?

Он подумал немного:

— По-моему, мисс Вальд.

— Мне нужен ее телефон.

— Наверное, на столе есть телефонная книга. — Он подошел к столу, выдвинул верхний ящик, достал справочник и провел пальцем по строчками. — Вот он. — Он прочел мне номер.

Я поднял трубку и набрал номер. После четырех звонков мне ответил молодой женский голос, и я сказал:

— Мисс Вальд, я разыскиваю мистера Гейтса. Он был сегодня в бюро?

— Да. Он пришел около десяти, отменил все встречи и ушел.

— Не знаете, где я могу найти его?

— Вы звонили к нему домой?

— Нет еще.

— Позвоните, больше я не знаю, где он может быть.

Я поблагодарил ее и повесил трубку. Я нашел телефон Гейтса, набрал номер, но на мои длинные звонки так никто и не откликнулся. Ясно было, что там никого нет. Я повесил трубку и записал адрес.

— Теперь все, сэр?

— Да, — ответил я. — Пока все.

Я вошел и поднялся на второй этаж, нажал кнопку звонка у двери Гейтса, но никто не отвечал. Мне пришлось попробовать шесть отмычек из имевшихся у меня, прежде чем удалось открыть замок. Стиснув в руке свой 45-й, я нашарил выключатель на стене. Студия выглядела как подобает фотостудии, в ней стоял запах проявителя и реактивов, но она была абсолютно пуста. Чтобы окончательно удостовериться, я заглянул в остальные комнаты — Теодора Гейтса нигде не было. В двух стенных шкафах было полно одежды. Ящики плательного шкафа были набиты, но все это было в идеальном порядке, и трудно было сказать, взял ли Гейтс что-нибудь с собой или нет. На письменном столе лежали грудой каталоги фирм, торгующих фототоварами, кругом валялись вскрытые конверты с письмами, а в центре находился такой же барабан-картотека, как и у него в бюро.

Я быстро пробежал пальцами по карточкам, но карточки Греты не было и здесь. У стены стоял ряд металлических каталогов. Я увидел и выдвинул один из них, помеченный буквой “С”. Тут была папка с пробными снимками Греты, дубликаты тех, которые я видел в Проктор-Билдинг. Я уже собирался задвинуть ящик, как вдруг заметил, что его содержимое расставлено в алфавитном порядке от “Р” до “Т”. Из чистого любопытства я просмотрел первые несколько карточек. И тут я увидел карточку с именем Элен Постон. В папке было только четыре пробных фото, но этого было достаточно. Тедди Гейтс заставил ее позировать так, что каждый дюйм ее пышного тела был отчетливо виден сквозь прозрачную греческую тунику, такую же самую, в какой была снята и Грета. Да, она не годилась в “девушки Проктора”, так же, как и Грета. И это было очень плохо. На их фоне девицы Проктора выглядели бы довольно невзрачно. Я сунул фото обратно, выдвинул ящик под буквой “Д” и там нашел три пробных снимка Максии Делани. Это была сама женственность и плоть, но отнюдь не девица Проктора. Слишком пышная грудь и бедра, слишком ярко выраженная чувственность, ничего похожего на тот вид неземной отрешенности и воздушности, который требовался для журналов мод.

Я захлопнул ящик и вновь покрутил вращающийся барабан. Там не было карточек ни Элен Постон, ни Максии Делани. Этого следовало ожидать, они ведь были мертвы. Очевидно, Гейтс вынул их при очередной проверке барабана. Но здесь не было и карточки Греты Сервис, а ведь совсем недавно она была здесь.

Я стер все отпечатки пальцев, спустился вниз и прошел к Бродвею, где поймал такси и дал шоферу адрес “Голубой ленты”.

Вельда, видимо, уже больше не надеялась увидеть меня, она допивала чашку кофе.