— О, милая, от тебя так чудесно пахнет.

— Но, Финли… Тебе разве сейчас не больно?

— Да, больно. Но с тобой я забываю о том, что мне больно.

Что она могла на это сказать? Тихонько вздохнув, Кенна закрыла глаза, Финли тут же уткнулся лицом в ее шею.

— Ты должна следить за дорогой, — напомнил он ей, посмеиваясь.

Она заставила себя открыть глаза. Губы его скользнули к ее плечу.

— Ты снова оседлаешь меня сегодня ночью, малышка?

Лицо ее словно вспыхнуло.

— Если… Тебе понравилось? Муж часто отчитывал меня за мои неуемные аппетиты. Не вначале, конечно, а потом…

— Не хочу оскорблять его бессмертную душу, но твой муж был болваном. У меня хватит мужской силы, чтобы брать сполна все, что ты, девочка, можешь мне дать.

Она улыбалась как дурочка, когда они поравнялись с пастухом, пасшим овец на склоне холма. Пастух опасливо посмотрел на них, овцы при их приближении с громким блеянием бросились врассыпную, и Финли ненадолго придержал коня.

Кенна молчала, пока он беседовал с пастухом. И точно так же она молчала, когда он задавал вопросы другим людям, всем тем, кого они встречали по дороге. Но до сих пор никто не сообщил им о том, что видел Джина или слышал что-то о незнакомце, путешествовавшем под покровом ночи.

— Значит, ты был здесь прошлой ночью? — еще раз спросил пастуха Финли.

Пастух взглянул на него с раздражением:

— Да, был. Я спал у самой дороги, в двух милях отсюда. У меня очень чуткий сон, и я бы услышал приближение вашего ночного странника.

Финли бросил пастуху монетку, и они продолжили путь. Вскоре они обогнули холм, и заходящее солнце стало светить им прямо в лицо. Финли вскрикнул и отвернулся.

— Ничего не вижу, — пробурчал он. — Ты можешь сказать, где мы находимся?

Кенна окинула взглядом дорогу. Было ясно: еще довольно долго солнце будет светить в глаза.

— Впереди небольшой ручей и каменный мост. А за мостом дорога ведет в расщелину между утесами.

— Очень хорошо. Дальше нет смысла ехать. Другой дороги в Стерлинг все равно нет. Ты сможешь направить коня к югу от реки?

— Да, конечно. — Кенна взялась за поводья.

Конь шарахнулся в сторону, почуяв ее руку, но она тотчас его успокоила.

— Ты отличная наездница, — пробормотал Финли, но в голосе его чувствовалась напряженность.

Солнце жгло ему глаза. Должно быть, он испытывал сильнейшую боль.

— Сейчас ты должна проехать еще немного… Вот, я уже слышу водопад. Когда ты его увидишь, остановись. Там есть пещера.

Немного помедлив, он добавил:

— И Джина там нет. Я бы почувствовал его присутствие.

Вскоре Кенна действительно увидела водопад и темный вход в пещеру. Когда она остановила коня, Финли соскочил на землю, Кенна тотчас последовала его примеру и осмотрелась. Затем бросила взгляд на своего спутника и увидела, что лицо его сильно покраснело, глаза же словно налились кровью.

— Финли, твои глаза!.. — воскликнула она в тревоге.

— Кенна, быстрее, — пробурчал он.

Она схватила его за руку и потащила под каменные своды. Внезапно стало совсем темно, и Финли вздохнул с облегчением.

— Мы пришли? — спросила Кенна.

— Да, пришли. Сейчас отдохнешь. Тут есть скамья.

Теперь уже он повел ее в темноте. Остановившись, Финли усадил ее, и она поняла, что сидит на скамье. Прикоснувшись к его руке, она спросила:

— А у тебя глаза… заживут?

Он сказал «да», но в голосе его не было уверенности.