|
До Мэрили долетали отдельные слова, но понять, о чем идет речь, было невозможно. Корд Брандт, похоже, слушал Элеонору, не вступая с ней в спор.
Мэрили хмуро взглянула на Хэниша:
– Все, что вы говорили о моем отце, – ложь!
– Успокойся, детка, – ответил он, – так или иначе, но ему придется выложить за тебя кругленькую сумму. Ничего, краденого золота хватит на всех!
– Ему не нужно воровать золото! Он заплатит вам свои собственные деньги.
– Да у него их просто нет, – презрительно фыркнул Хэниш.
Мэрили рассмеялась через силу:
– И это тоже ложь!
– Мне абсолютно все равно, веришь ты или нет, – пожал плечами Хэниш. – Можешь считать за правду все, что тебе угодно.
Мэрили отвернулась от Хэниша, не желая больше продолжать этот бессмысленный разговор. Этот человек сумасшедший, это очевидно. Все они – сумасшедшие. Драгомир очень богат и заплатит требуемую сумму не моргнув и глазом, если, конечно, они смогут его разыскать. А у нее были все основания предполагать, что смогут, и от этого у Мэрили теплело на душе.
Появление Корда в сарае совпало со звуком удалявшегося автомобиля.
– Они уехали, – сообщил он и взглянул на Хэниша. – Каковы дальнейшие инструкции?
– Решено отправить тебя в дорогу, – коротко ответил Хэниш.
Они отошли в дальний угол сарая и продолжили разговор, но Мэрили уже не могла разобрать ни слова. Через некоторое время Хэниш вышел, оставив Корда наедине с девушкой.
– Вы говорили обо мне?
Он пропустил ее вопрос мимо ушей.
– Ты хочешь поесть? Хэниш принес тут кое-что, да и глоток вина, я думаю, тебе сейчас нисколько не повредит.
– О чем вы говорили? – не отставала Мэрили.
– После того как поешь, можешь переодеться, все твои вещи у меня, – Корд упорно не хотел отвечать на ее вопросы, – а потом советую вздремнуть. Как только наступит ночь, мы уйдем отсюда.
Мэрили подошла к столу, на котором стояла плетеная корзина. Корд вынул из нее бутылку коньяка, батон хлеба, немного сыра, сваренные вкрутую яйца и фрукты.
– Вы что-то от меня скрываете?
Он посмотрел Мэрили в глаза – в его взгляде было что-то такое, от чего по ее телу пробежал неприятный холодок страха.
– Позже, – тихо, почти зловеще произнес Корд. – Позже мы поговорим. Верь мне и слушайся, только в этом случае я смогу сделать все возможное для того, чтобы ты была в безопасности.
Мэрили взяла чашку из его рук и нехотя села за стол. Несколько минут длилось тягостное молчание. Наконец она не выдержала и спросила, с любопытством заглядывая ему в лицо:
– Когда вы целовали меня там, в подвале, вы думали, что рядом с вами находится Элеонора, не так ли?
Он улыбнулся. Эта улыбка могла довести до бешенства кого угодно, и Мэрили почувствовала себя уязвленной.
– Ты что, ревнуешь?
– С чего вы это взяли, просто интересно…
Корд приложил свой палец к губам Мэрили, чтобы она замолчала. С его лица слетела высокомерная улыбка.
– Ты просто не понимаешь некоторых вещей, поэтому ради себя самой, да и ради меня, прошу, перестань задавать так много вопросов.
Мэрили вспыхнула и, залпом осушив свою чашку, решительно поднялась из-за стола, но Корд крепко сжал ее руку.
– Я не знал, что это была ты. Может быть, тогда я не ушел бы так быстро.
– А вам не кажется, что вы чересчур самоуверенны?
– Время покажет, душка, – пробормотал Корд. Он тепло и ласково взглянул на Мэрили. – Время покажет. |