Эта мысль показалась ей очень привлекательной.

— Да, конечно! — воскликнула она. — Извини, что я несу такую чушь! Пойдем!

Но он продолжал удерживать ее за руку.

— Не сейчас, Сага…

Он стоял так близко, он так внимательно смотрел в ее глаза. И во взгляде его было столько любви, тепла и понимания.

— Сага, — прошептал он, — те, кто назвал тебя так, знали, что делали. Ты создана для этих заколдованных, загадочных мест, ты составляешь единое целое с шелестящей от ветра травой, клубами тумана, шорохами леса. Ты… когда вся эта жуть будет позади, и мы снова окажемся среди людей…

Он не закончил свою мысль, слова его повисли в воздухе. И Сага, никогда не смевшая показывать своих чувств, склонила голову, чтобы он не видел ее лица. Марсель понимал ее состояние. Осторожно притянув ее к себе, он положил ее голову к себе на плечо. Руки его легко и бережно легли на ей на плечи, и она прерывисто вздохнула. Рядом с Марселем она чувствовала себя в безопасности.

Но она чувствовала, как напряжено его тело, как он старается обуздать себя. Это наполняло ее счастливым, радостным ожиданием. Он вел себя по отношению к ней не только как защитник, но и как мужчина, желающий завоевать женщину.

Осторожно и нежно, но по-прежнему напряженный каждым нервом, он повернул к себе ее лицо и поцеловал в лоб. Это было все. Он понимал, что ей нужно время, чтобы оправиться от шока, пережитого ею в первом браке.

«Наверняка он заметил, что нравится мне, — растерянно подумала она. — Господи, пусть он будет терпелив со мной! Я так этого хочу! Так хочу!»

Никогда она не испытывала таких чувств к мужчине, такой неодолимой потребности близости. От этого перехватывало дух, так что она с трудом удерживалась, чтобы не броситься ему на шею, обнять его, ожидать от него подобных действий, на коленях просить его о том, чтобы он обладал ею здесь, среди этой высокой травы на лесной поляне, под качающимися на ветру деревьями.

Ее собственные мысли шокировали ее, она глубоко вздохнула, чтобы прийти в себя.

— Может быть, пойдем к Паулю? — прошептал Марсель. — Наверняка он обеспокоен нашим отсутствием.

— Если только он не спит, — попробовала пошутить она, но голос ее прозвучал хрипло. Ей не хотелось, чтобы Марсель слышал дрожание ее голоса, чтобы замечал, как действует на нее близость его тела.

— Дай Бог, чтобы он спал, — пробормотал он, но она тоже заметила, что голос его звучит неуверенно.

Пройдя мимо старого точильного камня, они вошли в амбар — осторожно, чтобы не разбудить Пауля.

Сага огляделась по сторонам.

— Куда он подевался?

— Его здесь нет, — бесстрастно ответил Марсель. — Он куда-то ушел. Но далеко он не мог уйти.

Сага озабоченно бродила по амбару.

— Но почему он это сделал? — подавленно произнесла она. — Теперь ищи его!

Она не хотела показывать своего страха. Но это была новая черта Пауля.

Или Люцифера?

Она не осмеливалась вслух произносить это имя.

— Он не мог уйти далеко, — продолжал успокаивать ее Марсель. — Тележка с ящиком стоит здесь. Он скоро вернется.

Сага едва слушала его. Она смотрела на что-то, лежащее в углу, куда сверху падал свет.

— Марсель…

— Что такое?

Они оба подошли туда.

— Мандрагора! — испуганно произнес он. Она лежала на полу, а рядом валялась изящная коробочка, в которой она хранилась. Похоже, все это было отброшено изо всех сил в сторону.

Сага подняла мандрагору — осторожно, с сожалением, стерла с нее пыль и паутину и заботливо положила обратно в коробочку.