– Ну, тогда я обещаю, вам понравится наше путешествие, – уверил ее Лукас Санчес. – Ведь мы же идем в горы, а там, смею вас заверить, о спокойной и тихой жизни и не слышали.

Это была явная угроза, хотя в его голосе и звучал сдерживаемый смех и, как Алиса предположила, ему было смешно – ведь он великолепно знал, что следующие несколько недель полностью измотают ее силы. Поэтому, поджав губы, Алиса смолчала. Если бы не страх, что Лукас свернет экспедицию и вернется в город, она бы высказала ему все, что думает о его нелепых угрозах. Но она вынуждена молчать, иначе он вспомнит свое правило «Никаких женщин!» и отправит ее домой вместе со всеми, поскольку без нее, врача, экспедиция никуда не пойдет, а он первый из всех нуждался в ее медицинском образовании.

Но, посмотрев на его широкие плечи, девушка вдруг засомневалась в этом. Пожалуй, только непредвиденный серьезный несчастный случай сможет свалить непробиваемого и жесткого Санчеса. Да-а-а, подумала Алиса, если он такой всезнающий и всесильный, то, как следствие, и самый самоуверенный. Такой враг самый опасный, поскольку у него нет ни одной слабости. Еще раз внимательно оглядев его, Алиса вдруг почувствовала, что в присутствии Лукаса она вовсе не ощущает себя сильной, как лошадь.

Разглядывая его в отеле и сейчас, она вдруг заметила, что смотрит на него не как на одного из участников экспедиции, а как на мужчину, причем оценивает его так, как женщина может оценивать мужчину. Она снова осторожно осмотрела его. Неглуп, красив, силен, но, видит Бог, она не желает находить в Люке Санчесе хорошие черты. Пусть все идет своим чередом, время покажет, что к чему. И Алиса снова уставилась на начальника экспедиции.

Хотя машины направлялись прямо к подножию гор, Алисе казалось, что Анды ничуть не становятся ближе и что «лендроверы» огибают горы по диагонали, увеличивая таким образом их путь.

Дорога не становилась лучше, и девушка подумала, что дядя Билл, страдая так же, как она, оценил ее жертву еще больше. Люк Санчес, взглянув в зеркальце и увидев выражение ее лица, свернул на обочину и остановился. Дорога была совершенно пустынна, поэтому, когда выключили мотор, внезапная тишина ошеломила.

Горы, волнующие своей высотой и мощью, были совсем рядом. Казалось, они жили своей, особенной жизнью, и Алиса легко могла представить себе, почему древние и необразованные люди так благоговели перед Андами и откуда появились многочисленные легенды о «живых» горах. Она сама чувствовала что-то подобное, когда в суеверном молчании глядела на Анды.

– Пройдитесь немного, сеньорита, – предложил Люк, в то время как дядя Билл уже выскочил из машины и стал бодро носиться вокруг нее. – Разомните ноги, я не хочу, чтобы вы испытывали какие-либо неудобства.

– Пожалуйста, не делайте уступок ради меня, сухо ответила Алиса. – Я не нуждаюсь в этом, так что обращайтесь со мной, как с остальными.

– Я уверен, что вы выносливы, – усмехнулся он. – Но подумайте о другом: ваш дядя, как и вы, устал от поездки, вот и пусть отдохнет, думая, что мы стоим из-за вас. К тому же одна короткая остановка не подмочит вашу репутацию сильной и бесстрашной женщины-врача. Ну, согласны, что наша устная договоренность выгодна всем нам?

Не желая казаться вредной и несговорчивой, Алиса кивнула, за что была вознаграждена циничной усмешкой Люка. Едва она встала, как подъехал «лендровер» с Дугласом.

– О, бедный я, несчастный, – гримасничая, пробормотал он. – Скажи, а этот сеньор Санчес остановился оттого, что устал?

– Разумеется, нет. Просто дядя захотел размять ноги. Я тоже тут ни при чем – ведь я всего лишь презренная женщина, – ответила Алиса.