Тот неторопливо приподнялся и сел рядом.

– Приятно слышать такие обещания, любовь моя, – проговорил он, встряхнув головой, чтобы избавиться от звона в ушах.

– Кэптен! – вскрикнул дворецкий, но было уже поздно. Тэсс задохнулась, почувствовав, как мощная рука подхватывает ее поперек живота и приподымает над полом, отрывая от мужа. Одним неуловимым движением Дэн оказался на ногах.

– Еще одно движение, старина, – проговорил Филип, плотно прижимая ствол пистолета к подбородку Тэсс, – и твоя молодая супруга просто лишится головы. – Он улыбался, несмотря на кровоточащую рану на бедре. Ситуация снова была в его руках.

Светлые глаза Дэна с ненавистью сверлили противника, мышцы сводило от бессильной ярости.

– Это бесполезно, Ротмери. Твоя крепость окружена моими ребятами. – В доказательство своих слов Блэкуэлл махнул рукой в сторону. В каждой из дверей зала уже стояли Торп, Финн и Камберт; за их спинами теснилось по дюжине вооруженных пехотинцев.

– Но в моих руках – твоя жена, Блэкуэлл!

– Я, может, сам ее убью, – усмехнулся Дэн, – но гарантирую, ты до этого момента не доживешь. – Затворы пистолетов клацнули почти в унисон. – Впрочем, сначала надо разобраться с долгами.

Лицо Филипа несколько утратило свое ироническое выражение: мерзкий самоуверенный ублюдок!

– Я тебе ничего не должен!

– Но это не так, Филип! – Элизабет кивнула головой в сторону позолоченного ящичка, стоящего по середине стола. – Я же говорила тебе, что он…

– Не вмешивайся, Лиззи! – рявкнул Филип, все внимание которого было сосредоточено на Блэкуэлле.

– Ты все время твердишь мне одно и то же! «Не спрашивай меня, Лиззи!», «Ты сердишь меня, Лиззи!», «Ты пожалеешь об этом, Лиззи!». – Пальцы ее прикоснулись к ящичку. – Знаешь, Филип, это становится наконец утомительным.

Дэн еще больше нахмурился, слушая ее бессмысленный лепет, но не отводил взгляда от противника. Тот слегка опустил ствол пистолета. Теперь он был направлен в шею Тэсс.

– Чем ты хочешь расплатиться за то, чтобы это прекрасное личико осталось целым, Блэкуэлл? У тебя еще много бриллиантов?

Дэн огромным усилием воли подавил вспыхнувшую с новой силой ярость. Опустив руку в карман, он достал пакет и кинул его на столик. Бриллианты раскатились по блестящей поверхности.

– Ты сын своего отца, Филип. Тоже хочешь все сразу?

– Ой, посмотри, Филип, бриллианты!

Тот невольно скосил глаза на стол, а потом и чуть повернул голову, чтобы взглянуть на камни.

Почувствовав, что это ее единственный шанс, Тэсс не замедлила им воспользоваться. Изо всех сил врезав кулаком по ране на бедре, она рванулась в сторону. Филип взвыл, пытаясь ухватить ускользающую пленницу.

Дэн ринулся на него как разъяренный хищник. От удара мощного квадратного кулака пистолет вылетел из руки Филипа и взвился под потолок; другой кулак врезался в физиономию. Серия неуловимых по скорости ударов сотрясала худощавое тело противника; послышался треск ломаемых ребер. Шансов устоять у того не было. Правая рука, как молот, обрушилась в подбородок; удар оказался сокрушительным. Со свернутой челюстью Филип врезался в стену. Ноги подкашивались, но он тем не менее сделал попытку дотянуться до пистолета. Весь кипя от уже не сдерживаемой ярости, Дэн вцепился обеими руками ему в глотку. Филип судорожно пытался оторвать руки, лицо его быстро наливалось кровью, глаза вылезали из орбит.

– Дэн! Не надо! – крикнула Тэсс. Железные пальцы продолжали ломать горло, на губах Филипа уже выступила кровавая пена. Он хрипел. Тэсс схватила Дэна за руки и повисла на них. – Не делай этого! Умоляю!

Дэн разжал пальцы. Его мощные руки обняли жену.