«О чем я говорю!»

— Да ты не беспокойся… Поедешь со мной? Жанна покачала головой.

— Представляете — я его с собственного дня рождения вытащила!

— Да мы ж вместе гуляли!.. Он исчез, ничего даже не сказал мне.

— Вам не сказал? — вяло удивилась Жанна. «Это он ко мне на помощь помчался», — подсказала Жанне не то интуиция, не то женское тщеславие:

— Ну вот, такой герой — все сам, все сам, — огорченно крутил головой Ершов. — Он же неуправляемый… Ты завтра не выходи, если не сможешь, справимся как-нибудь… Позвони мне обязательно, когда будут результаты… Ладно, поеду я… Дианка там в истерике…

«Ага! Хоть не я одна…»

— Хорошо, шеф.

— А ты знаешь, кто пацанов на нас навел? Да Анжелка эта! А? Я ее на работу взял, лимиту армянскую. А она мне такое! Те крутые ее сразу сдали…

Жанна ждала еще часа полтора, пока к ней в вестибюль спустился хирург.

— Ваш молодой человек ведь спортсмен?

— Да, да!

— Ну, ничего, все обойдется, я думаю. Сильный организм.

Наверное, если б ее не накачали успокоительным, Жанна разрыдалась, но сейчас смогла только сказать «Спасибо огромное, доктор!».

— А выступать он сможет? — вдруг решила спросить Жанна.

— Ну, это проблематично. Все-таки легкое задето в двух местах. Посмотрим.

— А когда к нему можно будет зайти?

— Не раньше завтрашнего утра. Идите домой. Сейчас ему ничем не поможете. Ступайте, пока метро не закрылось.

«Метро? Да ведь скоро утро…»

Но на часах было только начало первого.

Домой Жанна вошла около часу ночи. В голове, схватив себя за хвост, глупой дворняжкой крутилась одна мысль: «Из-за меня Мишу едва не убили… из-за меня Мишу едва не убили». Она вспомнила, что не позвонила Ершову, и набрала его домашний. Он, видимо, не спал, потому что сразу снял трубку.

— Ну там все ничего, но до утра Миша будет в реанимации… Утром я заеду к нему и приеду на работу… если получится.

— Делай, как тебе удобно, Жанусь… Вы у нас с Мишкой герои. Не сдали родную компанию!

Жанне сделалось стыдно.

«Да я бы все, всю деловую Москву сдала, лишь бы с Мишей все было в порядке! И еще Уоллстрит и лондонский Сити в придачу, если б кто взять согласился…»

— А не догадываешься, кто всю эту лабуду затеял? С налетом?

— Нет, — вяло ответила Жанна.

— Да Анжелка эта черная! А? Каково?!

— Не может быть, — промямлила Жанна, которой стало совсем худо.

— Ага! — будто даже радовался Ершов. — Те ребята ее сразу ментам сдали, со всем потрохом… Она сама конкурентам информацию предложила, сучара! У них даже пароль был! Ее уже ищут… Как это, а? Я ее по блату взял, лимиту долбаную, хорошие деньги положил… А она мне такое! Засужу подлюку по полной!

«Да не тебе, Павлик, душка… Это мне, или Мише, или обоим… Информацию она б и так, если б сильно захотела, скачала… Это глубоко эшелонированная подлянка за невзаимность».

— Ты им сильно помешала, проинтуичила ситуацию… И Мишка, хоть он и шальной в натуре, на высоте был!

«Интересно, как Анжелка себя ощутит, когда узнает, что с Мишей случилось? Вряд ли предполагалась перестрелка… Незавидная ситуация… Ей это хуже всякого тюремного срока покажется».