Он резко опустил нож на кухонную доску, взял полотенце, чтобы вытереть руки, а затем небрежно бросил его на стол.

Одежда на девушке болталась свободно, но то, что под ней скрывалось, было слишком женственным, чтобы Кайл мог оставаться равнодушным.

Неудивительно, что у Мэган нет бюстгальтера, его и не полагается носить под сексуальным легким топом. И теперь ее полные груди, дерзко обтянутые тонкой материей, вызывают в нем страстное желание при одном лишь взгляде на них.

— Сейчас лучше?

— Наконец-то обсохла.

Девушка неуверенно двинулась к нему. Глаза настороженные, жесты неловкие. Она подтянула вверх штаны, слишком длинные и широкие для нее. Приоткрылись лодыжки, и Кайл не смог удержать оценивающую улыбку.

— Вы сексуальны.

— Я не пыталась.., выглядеть сексуальной. — Голос Мэган снизился до шепота, все ее внимание сосредоточилось на физическом желании, горевшем в светло-карих манящих глазах Кайла. Ответ на его вопрос, проведет она с ним эту ночь или нет, стал несущественным. С таким же успехом можно спросить, а нужно ли дышать. Конечно, да.

— Милая.., вам не нужно стараться выглядеть сексуально.., вы уже такая.

Кайл протянул руки вперед, и не успела она опомниться, как была прижата к его груди. Ничего вокруг уже не существовало, лишь магнетический аромат его туалетной воды.

О господи, мне это нужно… Мэган таяла, словно снег от весеннего солнца, когда его руки скользили вокруг ее талии, опускаясь все ниже. Он нашел ее губы и впился в них, требуя ответа. Каждая клеточка Мэган отозвалась на его призыв. Казалось, два тела внезапно расплавились и влились друг в друга, и не было видно, где заканчивается он и начинается она.

Нежные женские губы утонули в этом поцелуе желания и чувственности. Горячая волна накатила на Мэган с такой яростью, что она чуть не задохнулась. Ее язык вступил в древний танец с его языком. Издав слабый стон, она выгнулась дугой в сильных мужских руках, восторгаясь его возбуждением.

С гортанным хрипом он оторвался от милых губ, и сердце Мэган замерло. Кайл взял ее лицо в ладони, прожигая взглядом насквозь. Щека, покрытая легкой щетиной, подрагивала — явный признак потери самоконтроля…

— Я должен быть уверен, что ты хочешь этого. Его сердце бешено стучало, он не отрывал взгляда от бархатных глаз, понимая, что потерялся в них навсегда.

Каждая черточка ее прелестного личика собрала в себе целый мир. Густые темные ресницы, лежавшие на фарфоровых щеках, прямой аккуратный носик, манящие губы, влажные и припухшие от поцелуя… Его опоили, околдовали, дверь в реальный мир захлопнулась, а он остался бродить по закоулкам волшебства, запертый здесь на сто лет или больше.

Кайл стал пленником по собственной воле. Его губы еще не утратили вкус ее губ, а желание уже накатило снова, более сильное, более острое… Он может любить ее без остановки, без отдыха, и одно сознание этого придает ему сил.

Он видел, как ее губы зашевелились, и звуки оформились в слова, от которых заныл каждый его нерв.

— Я хочу, — прошептала она.

Кайл поднял девушку на руки и понес ее в спальню.

Мэган вдруг обнаружила, что лежит на большой кровати, и увидела, как Кайл направился к окну, чтобы опустить жалюзи.

Ее глаза следили за ним с диким голодом. Она и сама не знала, что способна на такое. Он неторопливо возвращался к кровати, умышленно нагнетая напряжение между ними, — так натягивают тетиву.

Кайл снял рубашку и легким движением отбросил ее в сторону. Затем осторожно коснулся ее ног и потянулся к груди.

Все было похоже на зигзаг молнии. Мэган закусила губы, когда желание и вожделение смешались в крови и разразились ударом в тысячу вольт… Ее бедра изогнулись навстречу ему, девушка закрыла глаза и тяжело застонала.