Комната была пуста.

— Проклятие! — Он ринулся к двери и чуть не сбил с ног мистера Бэнкрофта.

— Вы здесь, мистер Херст, — сказал банкир, взглянув на стол за спиной Роберта. — Я вижу, что миссис Макджеймс уже показала вам шкатулку и вазы. Они удивительные, не так ли?..

— Где она?

Мистер Бэнкрофт заморгал.

— Разве она не здесь? Но я думал…

— Она ушла. Вы ее видели?

— Нет. Я шел с террасы, но в коридоре никого не было.

Роберт чертыхнулся и быстро вернулся в комнату. Неужели она сбежала через это высокое окно? Нет. Он услышал бы, как оно открылось. Где она, черт возьми? Не могла же она просто раствориться в воздухе! Она должна была… Его взгляд вдруг остановился на еле заметной линии на рисунчатых обоях. Он подскочил к потайной двери. Как-то же она должна открываться?

— Как открывается эта дверь?

Бэнкрофт недоуменно покачал головой:

— Я не знаю. Я никогда не замечал этой двери и…

Роберт все же нашел потайной замок, и дверь открылась. Это был вход для слуг, когда требовалось быстро удовлетворить какие-либо желания хозяев.

Пригнувшись, Роберт нырнул в полутемный коридор. Проход был узкий, выложенный плитами пол во многих местах выбит; запах свежеиспеченного хлеба подсказывал, где следует искать выход. Потолок был низкий, и Роберту приходилось нагибать голову, чтобы не стукаться о деревянные балки, встречавшиеся на пути. Он свернул за угол, и стало совсем темно, но Роберт шел все с той же скоростью, помогая себе тем, что скользил руками по стенам. Он не должен ее упустить.

— Мистер Херст! — кричал ему вдогонку Бэнкрофт. — Если увидите миссис Макджеймс, пожалуйста, напомните ей, что экспонаты должны быть готовы и…

Дурак. Мойра Макаллистер сбежала и больше никогда не вернется. Должно быть, она все же что-то знает о шкатулке из оникса. Роберт заметил, что у нее что-то промелькнуло в глазах, когда он упомянул о шкатулке.

Проклиная все на свете и пару раз все же стукнувшись о низкие балки, он дошел до какой-то двери и оказался на кухне.

Несколько поварят обернулись и смотрели на него с изумлением.

Один вышел вперед:

— Пардон, месье, вы, должно быть, заблудились?

Роберт стряхнул с плеча паутину.

— Вы видели женщину, которая вышла из этой двери?

— Да. Она пробежала здесь и помчалась на конюшню.

— Откуда ты знаешь, что она направилась именно туда?

— Потому что она схватила яблоко для лошади.

Роберт тут же выбежал из кухни. Конюшня была на другом конце небольшого, вымощенного булыжником двора. Он ворвался туда и схватил за шиворот первого попавшегося конюха:

— Ты видел миссис Макджеймс? — Так как конюх смотрел на него с недоумением, Роберт добавил: — Такая красивая, рыжеволосая.

Лицо конюха просветлело, и он сказал с чудовищным шотландским акцентом:

— А… эта. Ее лошадь уже была под седлом, так что она вскочила на нее и умчалась, будто за ней гнались бешеные собаки.

— Черт! — Роберт выглянул из дверей конюшни на длинную дорогу, которая вела к дому. — Пошли кого-нибудь за моей каретой. Мой грум выгуливает лошадей неподалеку.

— Простите, сэр, но в карете вы ее вряд ли догоните. Тем более что она поехала не по дороге, а вон туда. — Конюх махнул рукой куда-то через плечо Роберта.

Роберт обернулся, и сердце у него упало, когда он увидел за широким полем густой лес.