Да, Хесуса можно понять. Только не надо ему этого говорить, а то он застесняется. Она слегка толкнула его в бок:

– И правильно! Топиться, что ли, из-за него теперь?

– Черта ему лысого! – Он заухмылялся.

– Тс, – нахмурилась мисс Родригес, приложив к губам палец.

На сцене Дики Дамбровский бубнил монотонным голосом:

– И голос у дверей молил: впусти меня скорей… Мисс Родригес легонько подтолкнула Лорел:

– Иди!

Лорел показалось, что лицо у нее сжалось, как резиновое, глаза еле удерживали слезы. Она боялась, что заплачет. Как раз, когда все будут смотреть на нее! Господи!

– Всю ночь метель под дверью выла, сугробы навалила, – продолжал Дики Домбровский воющим голосом.

– …и себе в штаны тоже, – пробормотал ей в спину Хесус, и она, сама того не желая, хихикнула. И слезы сразу отпустили.

Выйдя на сцену, Лорел забыла все свои горести.

Голос Руди скрежетал снизу. С того места, где она притаилась, – между стеной и письменным столом Долли в кабинете наверху – Энни не могла разобрать слов, только раскат его монотонного голоса, будто работала хорошо отлаженная машина. Каждое мгновение она ожидала, что раздастся скрип ступеней и тогда, даже если она забьется под стол, он все равно ее обнаружит. И потом приведет Вэла, а Вэл увезет Лорел с собой.

Ей вспомнилось «Сердце-предатель» Эдгара По. Учительница английского языка миссис Померантц поставила эту пластинку на уроке, и все слушали глубокий голос британского чтеца. Через открытое окно пахло влажной после дождя, недавно скошенной травой, блестевшей на солнце множеством капель, и в тишине класса гулко отдавалось хихиканье Сюзи Белл в особо страшных местах.

И теперь, за три тысячи миль от Бель Эр, скорчившись в неудобной позе у стены с поднятыми к лицу коленями, Энни чувствовала себя как тот герой из рассказа По, который слушал биение собственного сердца. Ее сердце тоже билось так громко, что содрогались доски пола под ногами и вибрировал стол. И, наверное, Руди тоже мог услышать его.

Но, может быть, он не догадается подняться сюда. Как же ей повезло, что она оказалась наверху, когда он появился! Она уже спускалась, когда раздался звон колокольчика и вслед за тем знакомый скрежещущий голос!

– Привет, Долли! – И затем смешок. – Принимай сюрприз! Я так рад видеть тебя, ты просто не поверишь! Да ты все цветешь, как я погляжу, по-настоящему цветешь! Ну как, удивил я тебя сегодня, а?

Энни метнулась обратно наверх и съежилась за большим столом Долли.

Сколько времени она сидит здесь? Ей казалось, что прошли долгие часы, хотя на самом деле не более 15 минут. Ужасно хотелось в туалет, но она не смела и шевельнуться. Господи, о чем они с Долли так долго говорят? Знает ли Руди что-нибудь? И где Вэл?

Руди казался ей страшнее Вэла. Потому что он гораздо умнее. Вэл всегда слушает его и делает, как он скажет. Когда Муся стала очень сильно пить, Руди уговорил Вэла увезти ее в Брэрвуд, чтобы оформить все юридические бумаги. Она отсутствовала три месяца, а когда вернулась, выглядела, как зомби. Часами сидела на одном месте, уставив неподвижный взгляд в пространство. А через полгода Энни нашла ее на полу в ванной, холодную как лед бездыханную, и пустой пузырек валялся в раковине. Ее похоронили через два дня.

А теперь Руди охотится за Лорел. Он давно высматривает ее своими отвратительными глазками. Никогда ничего не говорит, не играет с ней, только смотрит не отрываясь. Будто толстый карп, подстерегающий мелкую рыбешку.

Руди гораздо труднее обмануть, чем Вэла.