|
- Я сброшу их вниз,- сказала Рона и тотчас принялась развязывать веревки. - Я помогу, - вызвалась Мари. Она не стала рассматривать, кому принадлежали эти головы. Взяв винтовку, Тиг снова поднялся на холм, чтобы посмотреть, что творится на дороге. Мари, как, впрочем, и Рону, даже не вырвало. В эти минуты Мари главным образом радовалась тому, что ее голова не оказалась привязанной к седлу. Затем она помогла сестре Монк раздеть трупы и вынуть содержимое карманов. Они извлекли три дюжины зарядов к дробовику, спички и всякую мелочь, а потом засунули все это в седельные сумки, которые и без того были почти доверху набиты барахлом, которое бандиты успели награбить за этот день. Через двадцать минут оба трупа в рваном нижнем белье лежали в яме. Вокруг них валялись отрубленные головы. Затем в яму сбросили их грязную одежду. Только Мари заметила, как сестра Монк засунула голубые трусики Роны в рубашку одного из покойников. Затем Рона, уговорив разрешить ей помочь зарыть яму, забрасывала тела землей до тех пор, пока они полностью не были погребены. Мари не смогла удержаться от реплики: - Похоже, они жили небогато. - Все живут небогато, - сказал Пит. - Но они жили тем, что отбирали то немногое, что еще оставалось у других, и, судя по всему, убивали свои жертвы. - Нехорошо, что мы захоронили вместе с ними головы их жертв, - произнесла сестра Монк. - Жертвам уже все равно, - сказал брат Дивер, - а у нас не было времени выкопать еще одну яму. Мари, не могла бы ты, соблюдая осторожность, подняться на холм и сказать брату Тигу, что мы здесь уже все сделали? Но Тиг, стоявший на вершине холма, заметил, что они закончили работу и уже стремительно спускался вниз по склону. - Никого нет. Возможно, что кроме этих двоих поблизости никого и не было,- сообщил он.- Уже довольно поздно и, может быть, нам стоит разбить лагерь в этой лощине, спустившись еще ниже. Насколько я помню, там должна быть вода. Она понадобится лошадям. Пока не стемнело, мы можем соорудить что-то вроде упряжки, чтобы можно было тянуть повозки лошадьми. Тиг посмотрел на могилу. - Накидайте сюда опавших листьев. Сделайте так, чтобы свежевырытой земли не было видно. В следующий раз не выбрасывайте одежду убитых. Мертвецам она ни к чему. - Мы никогда бы ее не надели, - сказал брат Дивер. - Надели бы, если бы было холодно, а на вас было бы мало одежды. - На мне всегда достаточно одежды,- ответил брат Дивер. Тиг лишь пожал плечами. - Брат Тиг,- обратилась к нему Мари. - Что? - Я была не права, когда говорила, чтобы вы ради меня не убивали. - Я знаю,- сказал Тиг. Больше он не сказал ей ни слова. - Брат Дивер и брат Кинн, если у вас нет возражений, то возьмите эти дробовики. - Если у них есть возражения, то у меня их нет, - заявила сестра Кинн. Если даже такие возражения и были, то ни брат Дивер, ни брат Кинн не стали их высказывать. Каждый из них просто закинул дробовик на плечо. Засунув в карман несколько зарядов, брат Кинн взял оставшиеся и положил их в карман брату Диверу. Тот явно был удивлен и смущен. Эта сцена несколько покоробила Мари. Неужто профессор колледжа разбирается и в этом? Но в основном Мари наблюдала за Тигом. Вот почему только она видела, как играют желваки на лице проводника, как слегка подрагивает его рука. И только она проснулась глубокой ночью, когда он вышел прогуляться под луной. Она встала и пошла вслед за ним. Сунув руки в карманы, он с отсутствующим видом стоял у могилы. Ни единым движением Тиг не дал понять, что знает о ее присутствии, но Мари не сомневалась, что начиная с того момента, как она поднялась со своего ложа, он знает о ее присутствии. - Какой же вы лжец, - сказала Мари, - вы ведь не убивали своих родителей. Он не сказал ни слова ей в ответ. - Вплоть до сегодняшнего дня вы не убили ни единой живой души. - Думай, что хочешь, - ответил он. |
