|
И все же в тот раз они удачно перезимовали. Тина заметила, что Тиг во время церковных собраний стал спускаться вниз и прислушиваться к тому, о чем идет речь. Он то и дело задавал вопросы, желая понять то или иное место из Книги Мормона или ту часть учения, о которой он прежде не слышал. Иногда Тиг отчаянно тряс головой, словно услышал сущий бред. Но порой бывало и так, что он одобрительно кивал. Он даже рассказал рождественскую историю, которая весьма напоминала повествования святого Луки. Тина каждый день вела уроки в школе. Сначала это были уроки для детишек, которые входили в их группу, однако довольно скоро к ним присоединились и местные дети, которые могли пробраться к ним сквозь снежные заносы. Иногда уроки вели Рона и Мари, что давало Тине возможность разделить с ними свою почасовую нагрузку. Брат Дивер обучал грамматике Донну и ребят постарше из близлежащих лачуг. Больше всего хлопот доставляло отсутствие бумаги. Кроме того, им было просто нечем писать. Тогда они стали писать угольками на досках веранды, потом стирали написанное снегом и начинали заново. Однако чаще всего они и писали, и производили арифметические действия мысленно, произнося вслух лишь окончательные результаты. Тина поняла, что начинает стареть, когда дети стали постоянно опережать ее в счете - она уже просто не могла держать в голове столько чисел, сколько держали они. Именно тогда Рона и стала постоянным учителем арифметики. Географию они вообще не изучали. Теперь никто толком не знал географии, поскольку она совершенно изменилась. В течение всей зимы Тиг брал Пита с собой и продолжал учить его охотиться и выслеживать дичь. Тина пришла к выводу, что Пит очень хорошо всему этому научился. Казалось, что Тиг все больше сближается с ним, поощряет его и доверяет ему. В то же самое время Тина заметила, что Пит все больше и больше отдаляется от собственной семьи. Хотя в доме было немного изолированных помещений, тем не менее Пит и Аннали, как единственная семейная пара, жили в отдельной комнате. На следующий день после Рождества Аннали сказала Тине, что теперь она вполне могла бы спать даже в столовой, так как у нее больше нет интимной жизни. "Я живу как вдова, ведь он даже не разговаривает со мной,- и еще она добавила следующее: - Тина, я думаю, что он не намерен идти с нами на запад". Весь январь Тина ни во что не вмешиваясь, наблюдала за развитием событий. Аннали была права. Хотя все они часто обсуждали будущий поход в Юту, Пит ни разу не принял участия в этих разговорах. Когда в доме не было посторонних, Тиг иногда их всех поддразнивал. - На западе теперь ничего не растет, - говаривал он, - все, кто там жил, наверное, ушли в Сиэтл! Вот придете вы в Юту, а там никого нет. - Вы не знаете, о чем говорите, Джейми Тиг, - однажды сказала ему Тина. - Вы просто не знаете наших людей. Если бы был потоп, мы бы все стали строить лодки. Если бы был ураган, мы бы все научились летать. Остальные подхватили и развили ее мысль. - Если бы был неурожай зерновых, мы бы научились есть траву, - продолжила Донна. - А когда бы кончилась трава, мы бы стали жевать кору! - сказал Мик Портер. - А потом будем есть жуков! - крикнул его маленький брат Скотти. - И червей! - еще громче крикнул Мик. Тина прикрыла рукой рот Мика. - Давайте-ка потише, - она не хотела, чтобы соседи слышали их разговоры о Юте. - Будьте уверены, они даже из сланцевой нефти сумеют сделать бензин, - сказала Тина. - И я говорю это не ради красного словца. Уверяю вас, что там и сейчас пашут землю тракторами и применяют удобрения. - Насчет удобрений я могу поверить,- сказал Тиг. Увидев в его глазах лукавый огонек, Тина продолжила свое наступление. - А что есть у вас, Джейми? Вместо Тига ответил Пит: - У него есть все, - сказал он. - Безопасность. Хорошая земля. Достаточно еды. Хорошие соседи. И никаких причин для того, чтобы отсюда уезжать. Он сказал сущую правду, и чтобы в этом убедиться, достаточно было выйти из дома. |
