Состав, как ни странно, шел по расписанию, и в 2.50 Жилин с Филипповым, каждый со своей потяжелевшей вдвое сумкой, вышли в тамбур. Там уже находился проводник. Он удивился:

– У вас же до Москвы билеты?

– Да вот, – Жилин кивнул на Филиппа, – попутчик уговорил заехать к его родителям. Город посмотреть, немного расслабиться. Я же в отпуске. А Москва... Куда она денется? До нее часа четыре электричкой. Успею еще!

– Ну дело ваше, только белье надо бы сдать.

– А мы его возле титана сложили, у тебя купе закрыто же!

– Да?

Проводник вошел в вагон. Действительно, белье аккуратной стопкой лежало у титана. Он прошел до третьего купе, открыл дверь, заглянул внутрь. Двое оставшихся пассажиров лежали на своих местах. В купе стоял ядовитый запах перегара. Проводник посмотрел на багажную полку. Там стояли две спортивные сумки, багаж тех, кто спал.

Поезд подошел к перрону, и проводнику пришлось прекратить осмотр, он вернулся в тамбур.

– А эти чечены здоровы жрать водку, хоть и мусульмане! – сказал проводник, открывая дверь.

– Не то слово, шеф! Одно мучение с ними было! Ну, пока! Счастливого пути!

– До свидания!

Проводник вышел на улицу следом за пассажирами. Их встречал офицер милиции.

Капитан подошел к Жилину с Филиппом:

– Здравствуйте, кто из вас Жилин?

– Я, – ответил Дмитрий Сергеевич, – а со мной мой напарник, вы должны знать о нем.

– Я знаю, Николай Степанович предупреждал. Меня зовут Игорь! Давайте я помогу вам, машина на привокзальной стоянке.

– Друга моего придется оставить здесь, – сказал Жилин.

Капитан внимательно посмотрел на Дмитрия Сергеевича.

– Почему?

– Таково его решение. Пусть поступает как знает, если считает это для себя лучшим вариантом. Давай, Игорь, его до гостиницы подбросим?

– Так вон она, гостиница-то, – указал на семи-этажное здание Филипп.

– «Ловеч»? – спросил капитан. – Туда вам не устроиться. Нет, если хотите, попробуйте. Но там мест, как правило, не бывает, да и милицейский патруль в холле постоянно находится. Там я вам не помощник, несмотря на свои погоны! Пойдете?

– А вы что предлагаете? – спросил Филипп.

– Если останавливаться в гостинице, то лучше в «Центральной». Там у меня есть кое-какие знакомства.

– А вы что, капитан, местный?

– Родом отсюда, десять лет здесь отпахал, пока в столицу не перебрался. Ну так что? «Ловеч» или «Центральная»? Учтите, нам с Дмитрием Сергеевичем еще двести верст с гаком ехать! Принимайте решение быстрее!

– «Центральная» далеко отсюда? – спросил Филипп.

– Вон светофор, видите? Там направо и по проспекту, до следующего светофора. За ним слева и будет гостиница!

– Поехали в ту, что на проспекте! – решился наконец Филипп.

Капитан встал посередине, взялся за лямки обеих сумок, и так цепью пошли они на привокзальную площадь, где стоял «жигуль» капитана. Офицер открыл заднюю дверь:

– Вы, Дмитрий Сергеевич, свою сумку давайте в багажник, ну а вы свою держите на коленях.

Он завел двигатель, повернул зеркало салона так, чтобы ему стал виден Жилин, который понял, что надо делать. Перед первым светофором при выезде на проспект капитан подал в зеркало знак кивком головы, и Дмитрий Сергеевич через куртку с левой руки выстрелил из своего «ТТ» в бок Филиппу. Тот охнул, пуля попала прямо в сердце. Голова упала на грудь, и все тело пошло вперед.

– Держите его ровно! – сказал капитан и повернул машину налево, под железнодорожный мост, на шоссе, ведущее в сторону Москвы.